— Хорошенькие творятся дела, когда в доме люди из Скотленд-Ярда и им не хватает воспитания переговорить в первую очередь с главой семьи! Кто в этом доме хозяин, интересно знать? Отвечайте! Кто здесь хозяин?
— Безусловно вы, мистер Кракенторп, — умиротворяюще отвечал Краддок, поднимаясь со стула. — Но мы так поняли, что вы уже сказали инспектору Бейкону все, что вам известно, а поскольку у вас неважно обстоит со здоровьем, нельзя подвергать вас чрезмерному напряжению. Доктор Куимпер сказал…
— Ну, положим. Положим. Я и впрямь не могу похвалиться крепким здоровьем. Что касается доктора Куимпера, это сущая старая баба — нет, врач он хороший и мое состояние оценивает правильно, — но готов буквально кутать меня в вату.
— Рановато еще для версий, мистер Кракенторп.
— Иностранка, говорите?
— Думаем, да.
— Тайный агент? Шпионка?
— Вряд ли, я бы сказал.
— Он бы сказал! Да они повсюду, куда ни глянь! Проникают, внедряются! Почему Министерство внутренних дел их пускает в страну — уму непостижимо! Технические секреты выпытывают, как пить дать.
— Это в Бракемптоне?
— А что, кругом заводы. У меня самого один прямо за воротами.
Краддок вопросительно глянул на Бейкона. Тот отозвался:
— Металлические контейнеры."
"— Почем вы знаете, что у них там выпускают на самом деле? Мало ли что вам наплетут! Ну ладно, пусть не шпионка, но тогда кто, по-вашему? Думаете, путалась с кем-нибудь из моих драгоценных сыновей? Если так, значит, с Альфредом. Гарольд отпадает, чересчур осторожен. А Седрика родная страна не устраивает для житья. Выходит, Альфредова бабенка. А какой-нибудь оголтелый малый выследил ее, заподозрив, что она бегает сюда на свиданья, — и укокошил.
Инспектор Краддок дипломатично заметил, что это, бесспорно, версия. Но только мистер Альфред Кракенторп убитую не опознал.
— Ба! Струсил, вот и все! Альфред с рожденья трус. Но запомните, он еще и лжец прирожденный! Врет и не краснеет. Все они никуда не годятся, мои сыночки. Стайка стервятников, ждут не дождутся, когда я умру — главное их занятие в жизни. — Он насмешливо фыркнул. — Ничего, пускай их дожидаются.









