Я имею в виду всякие преступления или необычные истории.
— В общем, у вас там солидная репутация, — сообщил инспектор Нил.
— Это наверняка сэр Генри Клитеринг, — предположила мисс Марпл. — Мой старинный друг.
— Как я уже сказал, — повторил Нил, — мы с вами представляем разные точки зрения. С некоторой натяжкой одну из них можно назвать осмысленной, а другую — бессмысленной.
Мисс Марпл чуть склонила голову набок.
— Интересно, инспектор, что вы имеете в виду?
— Видите ли, мисс Марпл, на происходящие события можно смотреть исходя из здравого смысла. Кое-кому это убийство выгодно.
— Но какое из них вы называете третьим? — поинтересовалась мисс Марпл.
Глаза ее — яркая фарфоровая голубизна — проницательно взглянули на инспектора. Он кивнул:
— Да. Возможно, вы правы. Знаете, когда помощник комиссара разговаривал со мной об этих убийствах, что-то в его словах показалось мне ошибочным. Именно это — последовательность событий. Я, конечно, думал о детской считалочке. Король в конторе, королева в зале, служанка вешала белье.
— Вот! — воскликнула мисс Марпл. — Если следовать считалочке, Глэдис должны были убить после смерти миссис Фортескью, так? А ведь ее убили раньше?
— Думаю, что да, — сказал Нил. — Я почти в этом уверен. Тело ее нашли только поздним вечером, и трудно сказать, давно ли она была мертва. Но я считаю, что ее убили где-то около пяти часов, иначе…
— Иначе, — подхватила мисс Марпл, — она бы успела занести в библиотеку второй поднос?
— Именно. Она занесла поднос с чаем, принесла в холл второй, и тут что-то произошло.
— Вы совершенно правы, — согласилась мисс Марпл. — «За дворцом служанка вешала белье» — это не получалось с самого начала.
— Вот, — согласился инспектор Нил. — Тут и начинается бессмыслица. Тут наши с вами взгляды пока расходятся. Переварить этот детский стишок я… просто не могу.
— Но почему, инспектор? Ведь именно так все и произошло.
— Так, да не так, — проворчал Нил. — Последовательность-то нарушена. Из стишка ясно следует, что третьей должны убить служанку.









