22
0
— Ага, легок на помине, — пробормотал Ланс, ибо в эту секунду дверь отворилась, и вошел Персиваль Фортескью. Он собирался обратиться к инспектору, но замер и нахмурился — увидел Ланса.
— Привет, — сказал он. — Ты здесь? Не предупредил, что появишься сегодня.
— Жажда работы обуяла, — отшутился Ланс, — так что вот я пред тобой, готовый приносить пользу. Чем прикажешь заняться?
Персиваль произнес с раздражением:
— Пока ничем. Абсолютно ничем. Нам надо четко определить поле твоей деятельности. Выделить тебе кабинет.
Ланс с легкой усмешкой вопросил:
— Кстати, старина, почему ты избавился от роскошной Гросвенор и поменял ее на это кувшинное рыло?
— Ланс, это уже чересчур, — вспылил Персиваль.
— Вот уж точно изменение к худшему, — продолжал развлекаться Ланс. — Я дождаться не мог, когда увижу роскошную Гросвенор. С чего тебе пришло в голову ее уволить? Решил, что она слишком много знает?
— Нет, конечно. Чушь какая-то! — сердито возразил Персиваль, и его бледное лицо залилось краской. Он повернулся к инспектору. — Не обращайте на моего брата особого внимания, — холодно сказал он.
— Весьма скромные требования, — повторил Ланс, поднимая глаза к потолку. — Знаешь, Перси, экономить на сотрудниках — я не сторонник такой политики. Кстати, коль скоро сотрудники проявили преданность фирме в эти трагические недели, может, есть смысл всем без исключения повысить зарплату?
— Ни в коем случае, — отрезал Персиваль Фортескью.
От инспектора Нила не укрылся дьявольский огонек, мелькнувший в глазах Ланса. Персиваль, однако, ничего не заметил — был слишком огорчен.
— У тебя всегда какие-то экстравагантные фантастические идеи, — пробурчал он. — Фирма в таком состоянии, что экономия — наша единственная надежда.
Инспектор Нил тактично кашлянул.
— Об этом, в частности, я и хотел поговорить с вами, мистер Фортескью, — обратился он к Персивалю.
— Слушаю, инспектор. — Персиваль переключил внимание на Нила.
— Я хочу высказать некоторые соображения, мистер Фортескью. Мне известно, что последние полгода, а то и год, вас очень беспокоило поведение вашего отца.
— Он был нездоров, — категорично ответил Персиваль. — В этом нет никаких сомнений.
— Вы безуспешно пытались убедить его в том, что он должен навестить доктора. Он отказался наотрез?
— Да, наотрез.
