— Траур? Чушь собачья, — возразила мисс Рэмсботтом. — Кто в этом доме может рыдать по Рексу? Или по Адель? Или вас беспокоит полиция? Инспектор, у вас есть возражения?
— Ни малейших, мадам.
— Вот, пожалуйста, — подвела итог мисс Рэмсботтом.
— Вы очень добры, — повторила мисс Марпл. — Тогда я позвоню в гостиницу и сниму заказ. — Она вышла из комнаты.
Мисс Рэмсботтом высокомерно обратилась к инспектору:
— Итак, что вам угодно?
— Я хотел просить вас, мадам, чтобы вы рассказали мне о шахте «Дрозды».
Мисс Рэмсботтом внезапно издала резкий каркающий вскрик — он означал смех.
"— Ха! Докопались все-таки! Поняли мой намек. Ну и что же вы хотите знать?
— Все, что вы найдете нужным рассказать мне, мадам.
— Рассказывать особенно нечего. Дело-то давнее… уж лет двадцать минуло, а то и двадцать пять. Какая-то концессия в Восточной Африке, что-то в этом роде. Мой зять отправился туда с неким Маккензи. Они вместе разрабатывали прииски, и вскоре Маккензи умер от лихорадки. Рекс вернулся домой и сказал, что эти прииски или концессия — уж не помню, как это точно называлось, — не оправдали надежд. Больше я ничего не знаю.
— Подозреваю, мадам, вам известно кое-что еще, — проявил настойчивость Нил.
— Все остальное — слухи. Вы, законники, насколько я знаю, слухи не очень жалуете…
— Пока мы не в суде, мадам.
— Все равно мне нечего вам сказать. Родственники Маккензи подняли бучу. Больше я ничего не знаю. Они уверяли, что Рекс околпачил Маккензи. Околпачил, и я так считаю. Рекс был малый толковый, не шибко совестливый, но закон не нарушал — на этот счет не сомневаюсь. Так что доказать они ничего не смогли. Миссис Маккензи была женщина вспыльчивая. Заявилась сюда и давай угрожать — я, мол, буду мстить.
— Кстати, мадам, а что стало с этой семьей?
— Понятия не имею, — сказала мисс Рэмсботтом. — Навряд ли Рекс действительно убил Маккензи, скорее всего, просто оставил его умирать. Для Господа это одно и то же, а для закона — нет. Если Рекс и согрешил, так вот ему наказание свыше. Жернова Господни мелют медленно, только кары Божьей не избегнуть. А теперь ступайте. Все я вам сказала, больше не приставайте с расспросами.









