10
0
— Бойкая девушка, — сказал я, чувствуя зарождающуюся симпатию к Мэри.
— Но я ее все же расколол. Она слышала выстрел — один-единственный. И это было спустя целую вечность после прихода полковника. Точное время из нее вытянуть не удалось, но мы наконец добились толку с помощью… чего бы вы думали… рыбы. Рыба опоздала, и она задала перцу парнишке-посыльному, когда он наконец появился, а он сказал в свое оправдание, что всего-то половина седьмого, чуть больше, и как раз после нагоняя она и слышала выстрел. Само собой, никакой точности тут нет, но все же дает примерное представление.
— Гм-м, — сказал Мельчетт.
— Вряд ли миссис Протеро все-таки в этом замешана, — сказал Слак с явным сожалением в голосе. — Во-первых, у нее не хватило бы времени, а во-вторых, женщины боятся связываться с огнестрельным оружием. Мышьяк для них самое милое дело. А жаль! — И он вздохнул.
Мельчетт сказал, что собирается к миссис Прайс Ридли, и Слак одобрил его решение.
— Можно и мне пойти с вами? — спросил я. — Это становится интересным.
Я получил разрешение, и мы пошли вместе. Не успели мы выйти из наших ворот, как услышали громкое «Эй!» — мой племянник Деннис сломя голову несся к нам со стороны деревни.
— Слушайте, — сказал он инспектору, — выяснили про след, который я вам разыскал?
— Садовник, — лаконично ответил Слак.
— А вам не кажется, что кто-то взял и надел сапоги садовника?
— Нет, не кажется, — отрезал Слак.
Это могло бы обескуражить любого, только не Денниса. Денниса обескуражить не так-то просто.
Он держал в поднятой руке две сгоревшие спички.
— Вот — нашел у самых ворот.
— Благодарю, — сказал Слак и сунул спички в карман.
Казалось, наш разговор зашел в тупик.
— Вы случайно не арестовали дядю Лена? — ехидно спросил Деннис.
— С чего бы это? — сказал Слак.
— А против него уйма улик, — заявил Деннис. — Вы сами спросите у Мэри. За день до убийства он желал полковнику перейти в лучший мир. Помнишь, дядя Лен?
— Э-э… — начал я.
Инспектор Слак медленно перевел на меня взгляд, в котором затеплилось подозрение, и я почувствовал, как мне стало вдруг жарко. Деннис бывает совершенно невыносим. Надо бы ему знать, что полицейские в подавляющем большинстве начисто лишены чувства юмора.
— Не болтай глупостей, Деннис, — сердито сказал я.
Невинное дитя широко раскрыло удивленные глаза.
— Послушайте, я же пошутил, — сказал он. — Дядя Лен просто сказал, что тот, кто убьет полковника Протеро, облагодетельствует мир.
— А! — сказал инспектор Слак. — Теперь понятно, про что говорила служанка.
У прислуги, как правило, чувство юмора — такая же редкость, как и у полиции.
