16
0— Кого угодно можно ввести в заблуждение. А вы хорошо его знали?
— Да как вам сказать…
— Но вы были с ним в дружеских отношениях?
— О да, именно в дружеских, не больше! Ничего серьезного между нами не было. Я не доверяю иностранцам. Кто знает, что у них на уме? Вспомните, как вели себя поляки во время войны! Да и янки, надо сказать, ничуть не лучше. В жизни не признаются, что женаты, а когда правда выйдет наружу, уже поздно. Руди любил пускать пыль в глаза, но я не особо верила его байкам.
Краддок встрепенулся:
— Пустить пыль в глаза? Любопытно… Я вижу, вы можете нам помочь, мисс Харрис.
— Ну, он это… распинался, какие у него богатые предки в Швейцарии, какие они важные птицы. Но это как-то не вязалось с тем, что он постоянно сидел без денег. Правда, Руди говорил, что не смог вывезти капиталы из Швейцарии, потому что на таможне были ограничения. Не знаю, может, он и не врал, но вообще-то шмотки у него были не ахти… Я имею в виду одежду. В ней не было настоящего шика. Поэтому я думаю, большинство его россказней — чистый треп.
— Вы часто общались?
— Д-да… Он был такой обходительный… знал, как… ну это, в общем, как ухаживать за девушкой. В кино всегда покупал билеты на лучшие места. И даже цветочки дарил иногда. И потом, он классно танцевал… просто классно!
— А он когда-нибудь упоминал про мисс Блэклок?
— Про ту, что иногда приезжает сюда пообедать? Она еще останавливалась однажды в гостинице… Нет, кажется, нет.
— А он не говорил про Чиппинг-Клеорн?
Краддоку почудилось, что во взгляде Мирны Харрис промелькнула настороженность. Но, может быть, он ошибся?
— Нет… Правда, он как-то спросил про автобусы… Ну, про расписание… Но я не уверена, что ему было нужно именно в Чиппинг-Клеорн. Толком не помню. Это было давно.
Больше инспектор от нее ничего не добился. Руди Шерц вел себя обычно. Накануне налета она его не видела. И понятия не имела — ни малейшего, она особенно на это упирала! — что Руди Шерц проходимец.
«И вероятно, — решил Краддок, — Мирна говорила правду».
Глава 5
Мисс Блэклок и мисс Баннер
«Литтл-Пэддокс» оказался примерно таким, каким представлял его себе инспектор. Взгляд его задержался на цыплятах и утках, а также на том, что еще совсем недавно было очаровательным цветочным бордюром. Теперь там цвело лишь несколько астр — этакий последний, предсмертный всплеск пурпурной красоты. На лужайках и тропинках виднелись явные следы запустения.
