10
0
«Ну, во всяком случае, я поиграю в гольф», — сказал Джордж и ушел с самыми добрыми чувствами по отношению к прорицательнице Зариде.
Вернувшись домой, он нашел миссис Притчард в состоянии крайнего возбуждения. Она, как обычно, лежала на кушетке и часто подносила к носу флакон с нюхательной солью.
«Джордж! — воскликнула она. — Что я говорила тебе о нашем доме?! Едва я переступила порог, я сразу почувствовала, что здесь что-то не так! Разве я тебе этого не говорила?»
«Что-то не припоминаю».
«Ты никогда не помнишь того, что связано со мной. Все вы, мужчины, крайне бессердечны, но ты, ты еще более, чем все».
«Успокойся, Мэри, дорогая, ты несправедлива».
«Так вот, то, что я тебе говорила давно, эта женщина почувствовала сразу! Она… она даже так и отпрянула… если ты понимаешь, что я имею в виду… Она вошла в дверь и сказала: «Здесь есть зло. Зло и опасность. Я чувствую это».
«Ну, ты не зря потратила деньги сегодня», — некстати улыбнулся Джордж.
Жена закрыла глаза и сильно потянула носом из флакона.
«Как ты меня ненавидишь! Ты будешь торжествовать, когда я умру».
Джордж запротестовал, а через минуту она продолжила:
«Можешь смеяться, но я расскажу тебе все. Этот дом, безусловно, опасен для меня, так сказала эта женщина».
Доброе расположение Джорджа к Зариде моментально пропало. Он знал, что жена, несомненно, способна настоять на переезде в другой дом.
«Что еще сказала женщина?» — спросил он.
«Она не могла много говорить, она была так расстроена. Но кое-что все-таки сказала. У меня в стакане стояли фиалки. Она показала на них и закричала: «Уберите их прочь! Никаких синих цветов! Чтобы у вас никогда не было синих цветов! Помните, синие цветы для вас — смерть!» Ты же знаешь, — добавила миссис Притчард, — что я не люблю синий цвет. У меня какое-то предубеждение против него».
Джордж был достаточно благоразумен и не стал настаивать, что никогда не слышал этого от нее. Он спросил, что представляла собой эта таинственная Зарида. Миссис Притчард с удовольствием принялась за описание:
«Густые черные волосы, собранные двумя узлами над ушами, полузакрытые глаза, черные круги вокруг них, рот и подбородок скрыты черной вуалью. Речь протяжная, с заметным иностранным акцентом, по-моему, испанским».
«Собственно, все как и полагается в таких случаях», — бодро сказал Джордж.
Миссис Притчард немедленно закрыла глаза."
"«Я чувствую себя совершенно больной, — сказала она. — Вызови сиделку. Твоя бессердечность расстраивает меня, это тебе великолепно известно».
Спустя два дня сестра Коплинг пришла к Джорджу с печальным лицом.
«Не пройдете ли вы к миссис Притчард? Она получила письмо, которое ее очень расстроило».
Он поднялся к жене.
«Прочти», — сказала она и протянула ему письмо. Джордж прочел.
