10
0
Молодые люди рассказали ей во всех подробностях о том, что они увидели и узнали там. Мисс Марпл внимательно слушала.
— Какая печальная история, — закончила свой рассказ Гвенда. — Даже трагическая.
— Да, весьма печальная. Чтобы так не повезло, это ужасно.
— У меня сложилось такое же впечатление. Как он, несчастный, должен страдать…
— Он? А, понимаю. Да, конечно.
— А о ком же вы думали?
— Честно говоря, я думала о ней. О его жене. Она наверняка очень любила его, а он женился на ней, видимо, только потому, что она была хорошей партией, или просто из жалости, или еще из какого-нибудь доброго — а на самом деле просто сентиментального — побуждения, которым так часто руководствуются мужчины.
— «Мне известны сто манер любви, и каждая приносит только боль любимой», — вполголоса процитировал Джайлз.
Мисс Марпл повернулась к нему.
— Да, это правда. Видите ли, обычно ревность не возникает по какой-то причине. У нее намного более… как бы выразиться… глубокие корни. В ее основе лежит ощущение, что наша любовь безответна. Тогда мы начинаем наблюдать, следить и выжидать момента, когда любимый человек обратит свое внимание на кого-то другого. Что, естественно, неизбежно и происходит. Таким образом, миссис Эрскин превратила жизнь своего мужа в ад, а он, не будучи способным ей помочь, превратил ее жизнь в ад. Однако мне кажется, что она выстрадала больше, чем он, хотя, позволю себе вам заметить, он очень любит ее.
— Это невозможно! — воскликнула Гвенда.
— Вы еще совсем молоды, моя дорогая. Подумайте, он же не ушел от нее, а это что-нибудь да значит.
— Он не ушел от нее из-за детей. Им двигало чувство долга.
— Из-за детей? Может быть, — согласилась мисс Марпл. — Что касается чувства долга, то мужчины, на мой взгляд, редко внемлют его голосу, когда речь идет только об их женах. Государственная служба — это другое дело.
Джайлз рассмеялся:
— Какой же вы циник, мисс Марпл!
— Боже мой, мистер Рид, я всей душой надеюсь, что нет. Веру в людей терять нельзя никогда.
— Мне по-прежнему кажется, что это не Уолтер Фейн, — задумчиво произнесла Гвенда. — Майор Эрскин здесь тоже ни при чем. Я просто знаю, что он невиновен.
— Не всегда можно положиться на наши впечатления, — сказала мисс Марпл. — Некоторые поступки совершаются людьми, которых никто никогда бы не заподозрил. Я помню, какой сенсацией для жителей нашей маленькой деревушки оказалось известие, что казначей Рождественского клуба поставил все, до последнего пенни, деньги, за которые он отвечал, на лошадь. А ведь он открыто критиковал скачки, да и вообще любые пари или азартные игры, так как его отец, занимавшийся когда-то местным тотализатором, плохо обращался с его матерью.
