10
0
— А кто считает это покушением на жизнь мисс Темпл — вы или Джоанна?
— Чем больше она размышляет о случившемся, тем сильнее ее уверенность в том, что это было покушение. И молодой человек согласен с ней.
— Вы кого-нибудь подозреваете?
— На этот счет у меня нет никаких соображений. У молодых людей — тоже. Это мог быть кто-то из туристов. Или совершенно неизвестный нам человек: узнал, что экскурсанты остановились здесь, решил воспользоваться этим и попытаться убить одного из них. Это либо юный любитель насилия, либо тайный враг мисс Темпл.
— Когда говорят «тайный враг», это попахивает мелодрамой, — заметила мисс Марпл.
— Да, но кому нужно убивать ушедшую на покой, уважаемую всеми экс-директрису? Необходимо найти ответ на этот вопрос. Маловероятно, но все же не исключено, что мисс Темпл сама поможет нам. Как знать, а вдруг она узнала того, кто столкнул камень? Нет, скорее этой леди известно, кто и по какой причине мог желать ей зла.
— Все это кажется неправдоподобным.
— Согласен. Крайне трудно представить мисс Темпл жертвой насилия, но все же следует признать, что у экс-директрисы широкий круг знакомых. Не будем преуменьшать, множество известных людей прошли через ее руки.
— Вы хотите сказать, много девушек?
— Да. Вот именно. Девушки и их семьи. Мисс Темпл были известны секреты ее воспитанниц. Например, любовные приключения, о которых не подозревали родители. Такое ведь, знаете ли, случается. И к тому же очень часто. Особенно в последние десять-двадцать лет. Говорят, теперь девушки взрослеют раньше. И это проявляется в манере одеваться, в прическах. Возьмите хоть мини-юбки — разве это не дань детству? А размалеванные сорочки и шорты — чистый инфантилизм! Они просто не желают становиться взрослыми, ибо опасаются принимать на себя ответственность. И все же, как все дети, эти молодые люди хотят, чтобы их считали взрослыми, разрешали им делать все, что позволено взрослым. Порой это приводит к трагедии.
— Вы имеете в виду какой-то конкретный случай?
— Нет. Просто я размышляю… прикидываю разные возможности. Не могу представить себе, чтобы у Элизабет Темпл был какой-то личный враг. И заметьте, это враг расчетливый и безжалостный; он воспользовался представившейся возможностью, чтобы прикончить ее. Что ж, я и в самом деле думаю… — Профессор посмотрел на мисс Марпл: — А может, у вас есть какое-нибудь предположение?
— Предположение? Нет, однако, кажется, я понимаю ход ваших рассуждений. Вы подозреваете, будто мисс Темпл что-то знала. Ей было известно что-то, угрожающее осложнениями или даже опасностью для какой-то особы. И та особа боялась разоблачения.
— Да, именно так я и подумал.
— В таком случае, — продолжала мисс Марпл, — можно сделать вывод, что кто-то из экскурсантов узнал мисс Темпл.
