10
0
Он стукнул по рычажку, вспыхнув от возмущения.
— Не тот номер, не тот номер, вечно у них не те номера! А речь идет о человеческой жизни! Алло!!! Вы дали мне не тот номер! Да, не теряйте времени, дайте три-девять, а не три-пять!
Еще одна напряженная пауза, на этот раз короче первой.
— Алло, это вы, Хэйдок? Говорит Мельчетт. Приходите на Хай-стрит, девятнадцать, сейчас же, прошу вас. Хоуз наглотался каких-то порошков. Спешите, дорога каждая минута.
Он бросил трубку и зашагал взад-вперед по комнате.
— Как вы не догадались сразу же вызвать доктора, Клемент, просто уму непостижимо. Сидите здесь и считаете ворон!
На мое счастье, Мельчетту столь же непостижимо и то, что у других могут быть иные соображения и намерения, чем у него лично. Я промолчал, и он продолжал:
— Где вы нашли это письмо?
— Валялось скомканное на полу — видно, выпало у него из рук.
— Поразительное дело — старая дева как в воду глядела, — мы ведь и вправду нашли не ту записку. Как она умудрилась это сообразить! Но этот тоже хорош — не порвал ее, не сжег — просто осел! Только подумайте, держать при себе самую неопровержимую улику из всех мыслимых улик!
— Человеческая натура соткана из противоречий.
— А если бы не это, нам бы ни одного убийцу поймать не пришлось. Рано или поздно они обязательно сморозят какую-нибудь глупость! У вас очень подавленный вид, Клемент. Должно быть, это для вас ужасный удар?
— Верно. Я говорил, что Хоуз последнее время был какой-то странный, но я себе и представить не мог…
— А кто мог? Ага, похоже, машина. — Он подошел к окну, поднял штору и выглянул на улицу. — Точно. Хэйдок.
Через минуту доктор вошел в комнату.
Мельчетт объяснил ему все в нескольких словах.
Хэйдок никогда не выдавал своих чувств. Он только вскинул брови, кивнул и подошел к пациенту. Пощупал пульс, приподнял веко, внимательно вгляделся в глаз. Потом обернулся к Мельчетту.
— Вам нужно спасти его для виселицы? Дело зашло довольно далеко, если хотите знать. Его жизнь на волоске. Не знаю, сумею ли привести его в себя.
— Делайте все, что в ваших силах.
— Хорошо.
Он порылся в своем саквояже, вынул шприц, сделал инъекцию в руку Хоуза. Потом выпрямился.
— Лучше будет доставить его в Мач-Бенэм в больницу. Помогите перенести его в машину.
Мы оба бросились помогать. Усаживаясь за руль, Хэйдок бросил через плечо последнюю фразу:
— Кстати, повесить его вам все равно не удастся, Мельчетт, имейте в виду.
— Вы считаете, что он не выкарабкается?
— Это уж как получится. Я не об этом. Просто, даже если он выживет, понимаете, бедняга не может отвечать за свои действия. Я дам медицинское свидетельство.
— Что он хотел сказать? — спросил Мельчетт, когда мы снова поднимались по лестнице.
Я объяснил, что Хоуз страдал энцефалитом.
