— «Зачем им звать меня Марией, когда зовусь я миссис Джиббс?» — После такого неожиданного воскрешения стародавней музыкальной комедии он придвинул себе стул и уселся. — Занят? — спросил он.
— Не слишком.
— Дело в чьем-то исчезновении, не так ли? Какой-то отель. Как он называется? «Бертрам»? Нарушают лицензионные часы? Девицы по вызову?
— О нет, сэр, — возразил инспектор Кэмпбелл, слегка шокированный такими подозрениями в адрес отеля «Бертрам». — Очень милое, тихое, старомодное заведение.
— Неужели? — удивился Папаша. — Вот как? Ну, тогда это тем более интересно.
Инспектор Кэмпбелл недоумевал, что в этом интересного. Но ему не хотелось спрашивать, так как он знал, что с момента ограбления почтового поезда, которое оказалось истинным триумфом для преступников, вспыльчивость высшего начальства стала крайне легко возбудимой. Он взглянул на крупное, тяжелое, бычье лицо старшего инспектора Дэви и уже не в первый раз подумал, каким образом тот достиг своего настоящего положения и почему его так высоко ценят в отделе. Должно быть, неплохо работал в свое время, думалось Кэмпбеллу, но теперь полно шустрых молодых парней, которых стоило бы продвинуть, освободив место от трухлявого сухостоя.
— «Расскажи-ка мне, бродяжка, много ль дома вас таких?» — вопрошал Папаша и вдруг затянул фальцетом: — «Милый сэр, девчонок краше нет в краях иных…» Ох, вроде бы я перепутал, кто есть кто. «Флорадора». Неплохая была пьеска.
— Мне кажется, сэр, я о ней что-то слышал, — вежливо сказал инспектор Кэмпбелл.
— Может, твоя мамаша пела тебе эту песенку на сон грядущий, — предположил старший инспектор Дэви.
— Каноник Пеннифезер, престарелый священник, сэр.
— Скучное дело.
Инспектор Кэмпбелл улыбнулся:
— Да, сэр, оно некоторым образом скучновато.
— А как он выглядел?
— Каноник Пеннифезер?
— Ну разумеется. Я надеюсь, у тебя есть описание.
— Конечно. — Кэмпбелл перебрал бумаги и прочел: — Рост пять футов. Большая шапка седых волос… сутулится…
— И он пропал из отеля «Бертрам»? Когда?
— Около недели назад — девятнадцатого.
— А сообщили только что? Не спешили.
— Ну, мне кажется, предполагали, что он сам найдется.
— Есть какие-нибудь соображения насчет того, что за этим кроется? — спросил Папаша. — Неужели этот достопочтенный служитель господа вдруг сбежал с женой церковного старосты? Или он потихоньку пьет? Или присвоил церковные деньги? Или он такой рассеянный, что это для него привычно?
— На основании всего, что мне известно, сэр, я бы склонился к последнему. С ним и раньше такое случалось.









