Я бы хотел услышать ваше мнение – как смотрят в семье на эту историю с Мартиной?
Люси отозвалась с готовностью:
– Все возмущены, что Эмма обращалась к вам по этому поводу и что доктор Куимпер ее в этом поддержал. Гарольд и Альфред считают, что все это обман, а письмо – фальшивка. У Эммы нет такой уверенности. Седрик тоже думает, что дело нечисто, но относится к этому менее серьезно, чем его братья. Брайен, напротив, убежден, что все это правда.
– Почему, интересно?
– Ну, Брайен вообще такой. Готов все принимать на веру. Считает, что писала действительно жена, вернее, вдова Эдмунда и что ей неожиданно пришлось вернуться во Францию, но рано или поздно она снова даст о себе знать.
– И что, голубчик, выводите? – спросила мисс Марпл. – К свинарнику, например?
Люси бросила на нее быстрый взгляд.
– Так много кавалеров в доме, – размышляла вслух мисс Марпл. – То приезжают, то уезжают…
В устах мисс Марпл слово «кавалер» обретало всегда истинно викторианское звучание, как отголосок эпохи, минувшей, в сущности, еще до нее.
– Вы очень привлекательная особа, – продолжала в том же духе мисс Марпл, устремив на Люси оценивающий взгляд. – И, вероятно, пользуетесь большим вниманием с их стороны, не так ли?
Люси слегка зарумянилась. Отрывочные воспоминания пронеслись у нее в голове.
– Кавалеры, – продолжала мисс Марпл тоном, каким говорят о представителях чуждой и опасной породы, кое в чем ведут себя очень похоже, даже достигнув весьма почтенного возраста…
– Душенька! – вскричала Люси. – Сто лет назад вас непременно сожгли бы на костре, как колдунью!
И она рассказала, как ей условно сделал предложение мистер Кракенторп-старший.
"– Правду сказать, все они так или иначе делали мне, что называется, авансы. Гарольд – очень корректно, выгодное в материальном отношении место в Сити. Сомневаюсь, что причиной тому мои чары – верно, думают, будто я что-то знаю.
Она засмеялась.
Не засмеялся инспектор Краддок.
– Будьте осторожны, – сказал он, – вместо того чтобы делать авансы, вас могут убить.
– А что, это может оказаться проще, – согласилась Люси.
Она зябко повела плечами.
– Невольно забываешься, – сказала она.









