24
0Она вообще весь день была какая-то рассеянная. Так вот, после этого ее никто не видел. Повариха, миссис Крамп, без долгих раздумий решила: девушка просто ушла по своим делам, никого не спросясь. Видимо, миссис Крамп сделала такой вывод, потому что на девушке были ее лучшие нейлоновые чулки и лучшая пара туфель. Но, как выяснилось, повариха ошиблась. Девушка внезапно вспомнила, что забыла снять сохнувшее на веревке белье, – это очевидно. Она выбежала за ним и сняла с веревок уже половину, как вдруг кто-то застал ее врасплох, накинул на шею чулок… и все было кончено.
– Кто-то чужой? – спросила мисс Марпл.
– Может быть, – сказал инспектор Нил. – А возможно, кто-то из своих. Кто-то ждавший, пока девушка останется одна. Когда мы первый раз допрашивали Глэдис, она волновалась, нервничала, но мы, к сожалению, не придали этому значения.
– Но это же естественно! – воскликнула мисс Марпл. – У людей часто бывает смущенный и виноватый вид, когда их допрашивает полиция.
– Вы абсолютно правы. Но на сей раз, мисс Марпл, тут было нечто большее. Я думаю, эта Глэдис застала кого-то за каким-то занятием, объяснить которое она не могла. Едва ли это было что-нибудь определенное. Она бы не стала от нас скрывать. Но, скорее всего, она пошла со своими сомнениями прямо к этому человеку. И человек понял – Глэдис опасна.
– И поэтому Глэдис находят задушенной с прищепкой на носу, – пробормотала про себя мисс Марпл.
– Да, это гадкий штрих. Гадкий, издевательский штрих. Гадкая и ненужная бравада.
Мисс Марпл покачала головой:
– Почему же ненужная? Все по схеме.
Инспектор Нил с любопытством посмотрел на нее.
– Не совсем вас понимаю, мисс Марпл. О какой схеме вы говорите?
Лицо мисс Марпл вдруг вспыхнуло от волнения.
– Ведь это похоже… тут же явная связь, понимаете… ведь от фактов никуда не убежишь.
– Боюсь, я плохо вас понимаю.
– Я хочу сказать… номер один – мистер Фортескью.
