Вся мисс Марпл в одном томе

 – Он отписал по нему сто тысяч фунтов своей новой жене и пятьдесят тысяч фунтов – моей сестре Элейн. Все остальное наследую я. Собственно, я и сейчас совладелец компании.

– А ваш брат, Ланселот Фортескью, в завещании не упоминается?

– Нет, отец и брат давно не общаются.

Нил с прищуром взглянул на собеседника, но Персиваль, судя по всему, говорил вполне искренне.

– Итак, – подытожил инспектор Нил, – по завещанию наследство делят между собой три человека: миссис Фортескью, мисс Элейн Фортескью и вы?

– Боюсь, мне особенно наследовать нечего. – Персиваль вздохнул. – В связи со смертью отца меня ждут большие расходы, это вам понятно.

К тому же в последнее время отец был… скажем, весьма неблагоразумен в некоторых своих финансовых сделках.

– У вас с отцом не было серьезного разговора с глазу на глаз по поводу того, как вести дела? – Этот вопрос инспектор Нил задал как можно более непринужденно.

– Я высказал ему свое мнение, но, увы… – Персиваль пожал плечами."

"– Слегка погорячились, да? – поинтересовался Нил. – Если называть вещи своими именами, вы здорово поскандалили?

– Этого я бы не сказал, инспектор.

 – От досады на лбу Персиваля выступили красные пятна.

– Тогда, видимо, вы разругались с отцом по другому поводу, мистер Фортескью.

– Мы с ним не ругались, инспектор.

– Вы уверены? Впрочем, не важно. Вы сказали, что ваш отец и брат по сей день не общаются?

– Да, это так.

– Тогда, пожалуйста, объясните, как понимать это?

И Нил передал ему телефонограмму, записанную Мэри Доув.

Персиваль прочитал и издал восклицание, полное удивления и досады. Он был ошарашен и взбешен.

– Не понимаю, ничего не понимаю. Просто не могу в это поверить.

– Тем не менее это правда, мистер Фортескью.

Сегодня ваш брат прилетает из Парижа.

– Но это невероятно. Немыслимо. Я отказываюсь это понимать.

– Отец ничего вам об этом не говорил?

– Ни слова. Какое коварство – вызвать Ланса и утаить это от меня!

– И вы даже не представляете, почему он так поступил?

– Конечно нет. Это вполне в духе его последних выходок… ведет себя глупо… необъяснимо… этому надо положить конец… Я…

Персиваль прервал себя на полуслове. Краска снова отлила от его бледного лица.

– Я совсем забыл, – признался он. – Начисто забыл, что отец умер.

Инспектор Нил сочувственно покачал головой.

Персиваль Фортескью собрался уходить. Взяв шляпу, он сказал:

– Позвоните, если что-то от меня потребуется. Хотя, – он сделал паузу, – вы, наверное, будете появляться в «Тисовой хижине»?

– Да, мистер Фортескью. Один из моих людей уже сейчас там.

Персиваль чуть брезгливо пожал плечами.

– Все это крайне неприятно. Чтобы такое случилось с нами…

Он вздохнул и направился к двери.

– Большую часть дня я проведу на работе. Там сейчас будет дел невпроворот.