22
0
– Вскры… Понятно. – Она поежилась.
– У вас вокруг дома много тисовых кустов, мадам. Ягоды или листья этого растения едва ли могли… с чем-то смешаться, как вы считаете?
Он буравил ее взглядом. Она изумленно смотрела на него.
– Тисовые ягоды? Они что – ядовитые?
Изумление показалось ему слегка чрезмерным – эдакая невинность с широко распахнутыми глазами.
– Известно, что детей они приводили к трагическому концу.
Адель прижала руки к вискам.
– Я не в силах больше об этом говорить. Ради бога, оставьте меня. Я хочу прилечь. Не могу больше. Мистер Персиваль Фортескью даст все распоряжения.
– Мы пытаемся связаться с мистером Персивалем Фортескью. К сожалению, он где-то на севере Англии.
– Ах да, я забыла.
– Еще один вопрос, миссис Фортескью. В кармане вашего мужа была пригоршня зерен. Вы можете это как-нибудь объяснить?
Она покачала головой, явно озадаченная.
– Может, кто-то подсыпал зерна ради шутки?
– Не вижу в этом ничего остроумного.
Инспектор Нил был с ней согласен. Он сказал:
– Пока не буду вас больше беспокоить, миссис Фортескью. Прислать к вам кого-нибудь из прислуги? Или мисс Доув?
– Что? – машинально спросила она, явно думая о чем-то другом.
Порывшись в сумочке, она достала носовой платок. Голос ее дрожал.
– Какой ужас, – слабым голосом пробормотала она. – Только сейчас до меня начинает доходить, что случилось. До сих пор я была как во сне. Бедный Рекс. Мой дорогой бедный Рекс.
И она зарыдала, почти убедительно.
Несколько секунд инспектор Нил, проявляя уважение к чужому горю, наблюдал за ней.
– Я понимаю, все это так внезапно, – сказал он. – Сейчас я кого-нибудь пришлю.
Он направился к двери, открыл ее и вышел. Прежде чем закрыть за собой дверь, оглянулся.
Адель Фортескью все еще держала платок у глаз. Кончики его свисали вниз, но рот скрывали лишь частично. На губах ее играла легкая улыбка.
Глава 8
1– Что мог, сэр, то нашел, – доложил сержант Хей. – Мармелад, кусок ветчины. Чай, кофе и сахар, в сухом виде, не знаю, что нам это даст. То, что заваривали, давно выплеснули, правда, тут есть одна тонкость. После завтрака много кофе осталось, и его в одиннадцать часов допила прислуга. По-моему, это важно.
– Да, важно. Выходит, если отравлен был кофе, то что-то подсыпали именно в чашку Рекса Фортескью.
– Один из присутствовавших. Именно. Я так это осторожненько поспрошал насчет тиса – мол, не попадались ли в доме ягоды или листья, – нет, ничего такого. И про крупу в кармане никто ничего вроде не знает. Это, говорят, что еще за диковина? Да и я ума не приложу, откуда эта крупа там взялась. Вроде он не был из тех чудиков, которые готовы есть любую дрянь, лишь бы в сыром виде. У моей сестры муж такой.
