Вся мисс Марпл в одном томе

– Здесь лежит конверт, – сообщила Пончик, отодвигая в сторону часть блестящих стразов.

Инспектор Крэддок взял письмо из ее рук и вынул два листка, похожих на документы.

– «Свидетельство о браке между Вальтером Эдмундом Сент-Джоном и Мэри Мосс», – прочел он вслух. – Это было настоящее имя Зобейды.

– Так, значит, они поженились, – проговорила мисс Марпл. – Понятно.

– А что там еще? – спросила Пончик.

– Свидетельство о рождении их дочери Юлии.

– Юлии? – воскликнула Пончик. – Ну конечно, Юлия! Крошка Жюли! Вот оно что. Теперь понятно, зачем он приехал в Чиппинг-Клегхорн. Вот что он пытался мне сказать. Юлия. Ведь вы знаете семью Мунди. Они живут на вилле Лабурнум, присматривают за чьей-то девчушкой. Очень привязаны к ней. Она им как внучка. Конечно, теперь я вспомнила, ее действительно звали Юлия, да только теперь они и все остальные зовут ее только Жюли. С миссис Мунди с неделю назад случился удар, а старик очень болен, у него воспаление легких. Они оба собирались ложиться в больницу. Мне пришлось немало похлопотать, чтобы найти для Жюли хорошую семью, где она смогла бы пожить. Я не хотела, чтобы ее забрали в приют. Наверно, ее отец узнал об этом в тюрьме и потому сбежал, а затем ему удалось получить чемодан у старой костюмерши, у которой его оставил он или его жена. Думаю, если драгоценные камни действительно принадлежали ее матери, то теперь их можно использовать, чтобы устроить судьбу девочки.

– Почему бы и нет, миссис Хармон. Если только они действительно здесь.

– А где же им еще быть! – весело воскликнула мисс Марпл."

"– Слава богу, ты наконец вернулась, – облегченно вздохнул преподобный Юлиан Хармон, приветствуя милую и ненаглядную женушку. – Миссис Берт, когда тебя нет, старается как может, однако на ленч она мне подала ну очень уж необычные пирожки с рыбой. Я не хотел ее огорчать, но даже Тиглатпаласар не мог их есть, так что пришлось выбросить их в окно.

– Тиглатпаласар, – проговорила Пончик, поглаживая кота, вскочившего ей на колени и замурлыкавшего, – ну очень уж разборчив по части рыбы. И я частенько ему говорю, что нельзя быть таким привередой!

– А как твой зуб, дорогая? С ним все в порядке?

– Да, он почти не болел, и я опять навестила тетушку Джейн...

– Прелестная старушка, – перебил ее муж. – Кажется, за последнее время она совершенно не постарела.

– Ни чуточки, – улыбнулась Пончик.

На следующее утро Пончик принесла в церковь новую охапку хризантем. Солнечный свет опять проникал туда через восточное окно, и Пончик опять стояла на ступенях алтарного возвышения в его лучиках – разноцветных, как огоньки на усеянных камнями ювелирных украшениях. И она проговорила едва слышным голосом:

– С твоей дочуркой все будет хорошо. Я позабочусь об этом. Обещаю.