Возможно, факт убийства не был зафиксирован, но все же, если оно имело место, вы непременно узнали бы об этом от вашего старого садовника или еще от кого-нибудь: убийство, пусть даже очень давнее, всегда свежая новость. Должно быть, в данном случае тело удалось каким-то образом спрятать, так что ни у кого даже не возникло подозрения о случившемся. Вы уверены… вы в самом деле уверены, что рискнете раскапывать это дело?
– Мисс Марпл, – вскричала Гвенда, – вы действительно обеспокоены нашей затеей?
– Да, обеспокоена, моя дорогая. Вы оба – милые, очаровательные молодые люди. Вы недавно поженились и счастливы вместе. Не надо, прошу вас, затрагивать вещи, которые могут… которые могут… как бы это лучше сказать… которые могут расстроить вас и причинить вам горе.
Гвенда с удивлением посмотрела на нее.
– Вы говорите о чем-то определенном или только намекаете на что-то?
– Не намекаю, дорогая. Только советую забыть об этом, потому что я много лет прожила на свете и знаю, как ранима человеческая душа. Вот вам мой совет: оставьте это дело в покое.
– Но его нельзя оставить так просто! – В голосе Джайлса послышались непривычные для него твердые нотки. – «Хиллсайд» – наш дом, Гвенды и мой. И кто-то был убит в этом доме, по крайней мере, мы так думаем. Я не хочу мириться с убийством в своем доме, даже если оно произошло восемнадцать лет назад!
Мисс Марпл вздохнула.
– Весьма сожалею, – сказала она. – Я думаю, что большинство молодых порядочных людей поступили бы именно так. Я разделяю ваши чувства и почти восхищаюсь вами. Но я хочу… о, как я хочу, чтобы вы не занимались этим…
IIНа следующий день по деревне Сент-Мэри-Мид разнесся слух, что мисс Марпл снова дома. Ее видели на Хай-стрит в одиннадцать часов. Она заходила в дом викария без десяти минут двенадцать. После полудня три наиболее осведомленные жительницы деревни ощутили потребность узнать ее впечатления о веселой столице и, отдавая дань вежливости, сами погрузились в детали надвигающегося сражения за место, где будут размещаться киоск с вышивками и чайная палатка на приближающемся ежегодном празднике."
"Позже, вечером, мисс Марпл можно было увидеть, как всегда, в саду, но на сей раз она предпочитала борьбу с сорняками контактам с соседями. За скромным, как обычно, ужином она была рассеянна и, казалось, совсем не слушала бойкой болтовни своей юной горничной Эвелин о событиях, связанных с местным аптекарем. И на следующий день она тоже казалась рассеянной, что отметили один или два жителя деревни, в том числе и супруга викария. Этим вечером мисс Марпл сказалась слегка нездоровой и рано легла в постель. На следующее утро она послала за доктором Хейдоком.
Доктор Хейдок был личным врачом мисс Марпл, ее другом и верным союзником в течение многих лет.









