22
0Я со всеми главными вопросами покончил. И вы мне как раз все самое важное уже сказали. Осталась еще буквально парочка вопросов насчет Италии, и тут, я уверен, ваша Бриджет мне поможет.
– Ну, если вы полагаете, что Бриджет справится…
– Конечно, справлюсь, мамуля.
Наконец, после немалой суеты, мать Бриджет отправилась на заседание своего комитета.
– О господи! – воскликнула Бриджет, вернувшись в комнату после того, как закрыла входную дверь. – Нет, правда, я считаю, что матери – это такая проблема!
– Да, подобное мнение существует, – признал старший инспектор Дэви. – Множество девушек, с которыми мне приходится встречаться, придерживаются его.
– А я думала, – удивленно сказала Бриджет, – что вы станете спорить.
– Ну, у меня могут быть свои взгляды, только девушки понимают это иначе. А теперь вы можете еще кое-что рассказать мне.
– Я не могла откровенно говорить при маме, – объяснила Бриджет. – Но я считаю, конечно, что очень важно, чтобы вы знали обо всем как можно больше. Эльвиру что-то очень беспокоило и пугало. Она не признавалась прямо, что ей грозит опасность, но так оно и было.
– Согласен с вами. Полагаю, что-то в этом роде имело место. Но мне не хотелось спрашивать вас об этом при вашей маме.
– Ни в коем случае! Мы вовсе не хотим посвящать мамулю в эти дела. Она приходит в жуткое состояние по любому поводу и всем-всем начинает об этом рассказывать. То есть если Эльвира не хочет, чтобы кто-то знал…
– Прежде всего, – сказал старший инспектор Дэви, – мне хотелось бы услышать о шоколадных конфетах в Италии. Насколько я понял, речь шла о том, что конфеты в присланной коробке оказались отравленными.
Бриджет широко открыла глаза:
– Отравленными?! О нет. Не думаю.
– Но что-то случилось?
– Да. Принесли коробку конфет, и Эльвира съела очень много, а ночью ей стало плохо. Очень.
– Но она не подозревала, что конфеты отравлены?
– Нет. Во всяком случае… Ах да, она утверждала, что кого-то из нас хотят отравить, и мы осмотрели конфеты, чтобы проверить – а вдруг в них что-нибудь впрыснули.
– Ну и?..
– Ну и ничего, – сказала Бриджет. – По крайней мере, насколько мы могли судить.
– Но ваша подруга, мисс Эльвира, могла по-прежнему так считать?
– Кто ее знает? Во всяком случае, она больше об этом не заговаривала.
– Но вам кажется, что она кого-то боялась?
– Тогда я ничего такого не замечала. Это началось здесь, позже…
– А как насчет этого Гвидо?
Бриджет хихикнула:
– Он без памяти влюбился в Эльвиру.
– Ну и вы обе где-то с ним встречались?
– Ладно, вам я могу сказать. В конце концов, вы же из полиции. И все это для вас значения не имеет, к тому же вы, по-моему, человек понимающий. Графиня Мартинелли была жутко строгая, – во всяком случае, ей так казалось. А у нас были свои уловки и приемчики.
