22
0
– Но я так больше не могу! Не могу… Не могу… Помоги мне, Джейсон. Сделай что-нибудь. Я живу в таком страхе. В жутком страхе… Где-то рядом ходит злодей. А я не знаю, кто он… Ведь это может быть кто угодно – ну кто угодно. Со студии… или из дома. Этот человек меня ненавидит… но за что? За что? Кто-то жаждет моей смерти… Кто это? Ну кто? Я думала… была почти уверена… что это Элла. А теперь…
– Ты думала, что это Элла? – В голосе Джейсона послышалось удивление. – Но почему?
– Потому что она меня ненавидела… Да-да, еще как! Неужели мужчины в таких вещах ничего не смыслят? Она же была безумно влюблена в тебя. Ты, наверное, и понятия об этом не имел… Но Элла ни при чем, потому что она умерла. Джинкс, Джинкс, ну помоги мне, увези меня туда, где я буду в безопасности…
Она вскочила на ноги и быстро зашагала по комнате, ломая и выворачивая кисти рук.
Как режиссер, Джейсон с восторгом наблюдал за этими страстными, исполненными муки движениями. Надо их запомнить, подумал он. Может быть, пригодится для роли Гедды Габлер? Тут он опомнился – ведь это он наблюдает за своей женой!
Он подошел к ней и обнял ее за талию:
– Не беспокойся, Марина, все будет хорошо. Я о тебе позабочусь.
– Этот дом мне опостылел, мы должны отсюда уехать – немедленно. Я его ненавижу, этот дом, ненавижу.
– Пойми, мы не можем вот так взять и уехать.
– Почему? Почему?
– Потому что смерть – это всегда какие-то осложнения… и еще кое-что нужно иметь в виду. Разве бегство что-нибудь даст?
– Конечно. Мы убежим от человека, который меня ненавидит.
– Если кто-то ненавидит тебя так сильно, ему ничего не стоит отправиться следом за тобой.
– Ты хочешь сказать… хочешь сказать… что мне от него не убежать никогда? И я всегда буду жить в страхе?
– Дорогая моя, все будет хорошо. Я о тебе позабочусь. Ты будешь в полной безопасности.
Она прильнула к нему:
– Правда, Джинкс? Ты меня защитишь?
Она вдруг обмякла, и он помог ей опуститься в кресло.
– Я такая трусиха, – пробормотала она, – трусиха… Если бы я знала, кто это… и за что?.. Дай мне мои таблетки… желтые… коричневые не надо. Надо что-то принять, успокоиться.
– Ради бога, Марина, не принимай их слишком много.
– Хорошо… хорошо… Иногда кажется, они на меня уже не действуют.
Она подняла голову и взглянула на него. Улыбнулась нежной, тонкой улыбкой.
– Ты обо мне позаботишься, Джинкс? Поклянись, что позаботишься обо мне…
– Я буду заботиться о тебе всегда, – пообещал Джейсон Радд. – Пока не придет час горького расставания.
Глаза ее широко раскрылись.
– У тебя был такой странный вид, когда ты это произнес.
– Странный? Какой же именно?
– Даже не объяснишь.
