0
0Но когда я понял, что моя девочка только что призналась в любви, глаза зажгло.
— Таша, ты не представляешь, как выворачиваешь мне душу. Не тяни, согласись уже быть моей!
— Марк, я твоя с первого же вечера казино. Сколько бы я не закрывала глаза на это, но я отдалась тебе в тот первый вечер не только телом, но и сердцем. Ты смог подчеркнуть для меня какими могут быть мужчины, и каким никогда не станет Витя, как бы я ни старалась быть примерной и хорошей, как бы не надеялась, что он изменится. Я с тобой в первый же вечер позволила себе гораздо больше, чем за всю жизнь с мужем. Мне понравилось быть наглой, грубой и распутной.
— Ну нет, не думай, что став моей женой, я разрешу тебе закрепить эти качества, — возмутился я. — Никогда!
— Но это есть во мне! Правда, только наедине с тобой, — тут она хихикнула, чуть разжав тиски, сжатые вокруг моего сердца.
— Ну же! — поторопил я.
— В общем, Марк, я хочу, чтобы мы попробовали начать с тобой все сначала.
— Всеми органами «за»! — облегченно выдохнул я и наконец-то добрался до ее губ, которых мне так не хватало почти год, которые снились мне каждую ночь, то томно шепчущие мое имя, то игриво прикусываемые, то смыкающиеся вокруг моей ноющей головки.
И сейчас, когда я дорвался до них, меня немного накрыло. Или не немного…"
"Очнулся я, когда повалил Ташу на больничную кровать, рьяно вылизывал изнутри ее рот, одновременно задирая подол халата, рванул ворот, обнажая полные груди с крупными сосками, которые просто требовали взять их в рот, и вот тут то меня и отрезвило, когда в рот пошло молоко.
Как бешенный, я вскочил с Таши, схватил бутылку воды и запил привкус ее молока. Черт, я же сейчас чуть не трахнул Ташу в роддоме!
— М-марк?.. У меня кровь…
— Что?!
Таша приподнялась, чтобы сесть в кровати, а на простыне осталось кровавое пятно.
— Живот очень болит, — испуганным голосом добавила она, сжимаясь на кровати и прижимая руки к животу.
— Сейчас! Главное не бойся. Я приведу врача!
Ташу отвезли на каталке в реанимацию, ребенка забрала акушерка в бокс к новорожденным, а я снова остался ждать в приемном покое новостей, безумно трясясь за Ташу.
Что я сделал не так? Ведь секса не было, а от одного поцелуя не должна была пойти кровь!
Только через два часа ко мне спустился заведующий:
— Мы остановили кровотечение. Сейчас Наталья в безопасности и завтра мы снова переведем ее в бокс с ребенком. Но вот вам до их выписки лучше не навещать.
— Это почему?
— Молодой маме и ребенку надо окрепнуть после родов. Ваше присутствие очень сказывается на ее состоянии. Поэтому, как врач, я вынужден их изолировать. Можете звонить, приносить посылки, но в палату до выписки нельзя.
— Понял. А когда выписка?
— Пять-семь дней. Я вам сообщу лично.
