10
0Отцу — набор для бритья, да не какой попало, а «лучше для мужчины нет».
В будущем подобные подарки станут предметом осмеяния, но пока бритвенный станок Gillette — роскошь, позволить его себе может не каждый.
— Как неожиданно, — по обыкновению безэмоционально проговорила Анна, приложив к себе штаны и проверяя длину. — Спасибо, Павлик. И от Ромы спасибо. Уверена, что ему понравится.
— И от меня спасибо! — Сводная сестра прослезилась и обняла меня.
— Анна, — проговорил я, поглядывая на ее пока еще слабо выделяющийся под халатом живот, — к нам приехал дедушка, отец моего отца, то есть дед и вашего будущего ребенка, думаю, вам стоит с ним познакомиться.
— Рома его ненавидит, — сказала она. — Он будет скандалить.
Лика фыркнула:
— Он всех ненавидит. Я бы пошла.
— Дед толковый и при памяти, — заверил я. — Отец ни о чем не узнает. Когда вам будет удобно?
Анна глубоко задумалась. Помня о том, что времени мало, я сказал:
— Мне пора бежать, меня ждут. Мой телефон вы знаете. Позвоните, когда определитесь. Дед третьего января уезжает, у него в Москве дела.
— Позвоню, — пообещала Анна и добавила растерянно: — Мне надо знать, когда не будет Ромы.
Просить ее выяснить, кто такой Лёха-мент, было не время, я решил это сделать чуть позже, а то поздравление утратило бы торжественность и больше напоминало бы обмен баш на баш.
— Я тебя провожу, — вызвалась Лика.
Едва закрылась дверь, и мы оказались в коридоре, она пожаловалась шепотом:
— Этот чудила, по ходу, бабу себе завел. На мать рычит, приходит злой, дома не ночует. Это, конечно, хорошо — есть шанс, что свалит.
— Что бы ни случилось — не пропадем! — пообещал я, и мы распрощались."
"Была половина третьего. Нас ждала бабушка и последние беззаботные дни. Завтра и послезавтра выходные, а в среду начнется нервотрепка и заботы.
Прежде, чем усесться в машину к Василию, я снял костюм Деда Мороза и сказал:
— Миссия закончена, поехали к бабушке.
— Начало третьего, — проворчал он, заводя мотор, и добавил громче: — Нас там убьют.
— Не убьют. Гарантирую.
Скудный снежный покров в городе уже сошел, на окраинах еще прятался от солнца, иногда выглядывающего из-за туч, а в горах держался: деревья не сбросили белоснежные одеяния, белели заснеженные вершины.
Непреодолимый из-за оледенения подъем посыпали песком, но этого оказалось недостаточно. В нашем регионе мало кто меняет резину на зиму, и те, кто ездил на летней, высоту взять не могли. Как раз сейчас там в неравном бою со льдом погибал, утопая в сизом дыму, «москвичок».
Внизу выстроилась очередь на штурм из шести машин, мы встали в хвост.
