10
0И жутко волновался перед встречей с будущими родственниками, съел полбанки варенья и остатки печенья, два раза хлебал кофе и места себе не находил. Мама же буквально лучилась счастьем: ее любят! У нее послушные талантливые дети и друг сердца, которому любая позавидует! Жизнь удалась!
— Ну что, поехали? — спросила мама, накидывая пальто.
— Да. — Алексеич снял с вбитого в стену гвоздя ключи от машины и надел кожанку с множеством карманов.
Готовясь к визиту к бабушке, вчера он вымыл машину до блеска, но, когда мы вышли во двор, обнаружилось, что ее щедро удобрили чайки. Всем известно, что, если чаячьи экскременты экстренно не отмыть, они могут испортить краску.
— К деньгам!
Боря с тоской посмотрел на собирающиеся над горами тучи, спросил:
— Как думаете, снег пойдет? Так хочется снега!
За всю мою жизнь на юге до 1996 года ни разу не было снега на новый год. Он мог начаться в конце декабря, но тридцать первого обязательно таял, оставляя серость и грязь.
Вернулся отчим и принялся тереть машину, злобно бормоча, что ноги чайкам повыдергивает, если увидит их поблизости, а я, хотя помнил, что снега не предвидится, ответил Борису, чтобы держать праздничное настроение:
— Похолодало.
Отмыв чаячье дерьмо и вылив воду в палисадник и сунув ведро в багажник, Василий сказал:
— Поехали. — И завел мотор.
Проезжая мимо дома Ильи, я вспомнил Игоря, который жил на базе, мылся у Каретниковых, когда не было родителей, а ел то, чем мы его подкармливали. Чтобы ему не было так грустно, вчера мы соорудили ему елку из сосновых веток. Это ужасно — сидеть одному в подвале, зная, что никто не придет в новогоднюю ночь.
* * *Едва мы приехали, на звук мотора на крыльцо к бдящему Боцману высыпали, накинув куртки, Ирина, Толик и бабушка. Все дружно закурили. Пуская кольца дыма, бабушка прямо в тапках вышла нас встречать, указывая Василию, чтобы машину ставил напротив гаража. Обняла маму, поцеловала в щеку будущего зятя, потом — нас с Борисом.
Подарки мы взяли всем. Помня эффект от розыгрыша безделушек в школе, мы заготовили призы и билеты, сложив все в красный мешок: нас пятеро, остальных тоже пятеро с учетом деда и Андрюши — двадцать предметов, два раза поучаствовать в лотерее. Плюс индивидуальные подарки в черно-золотистом полосатом пакете.
Подозреваю, что наибольший фурор произведет бабушкин портрет, который Борис три дня срисовывал со старой фотографии, где она совсем молодая, с орденами и в форме, а потом не мог найти подходящую рамку.
