7
0
Мы решили осмотреть хотя бы один танк. Сняли броневую крышку моторного отсека, осмотрели двигатель. Я дал команду:
– Запустить!
Взвыл стартер, мотор завелся, взревел и тут же заглох.
– У всех машин так же?
– У всех, – безнадежно махнул рукой зампотех."
"Я понимал его состояние: танки небоеспособны по причине неисправности, а вот какой – еще предстояло выяснить. И дело было не в трусости танкистов. Ну никак не может сломаться техника одновременно у всей роты – а в ней двенадцать танков.
Зампотех смотрел на меня, ожидая моего скорого и страшного вердикта. Если он сам не понимал, что произошло, как же могут «смершевцы» разобраться? А со СМЕРШем шутки плохи.
Настроение у зампотеха совсем упало. Конечно, если бы приехала комиссия технических специалистов-инженеров, двигателистов, можно было бы докопаться до причины.
Глядя на удрученно молчавшего зампотеха, я старался найти связь между заглохшими двигателями и дефектами конструкции дизелей, морозной погодой – все не то… Не в этом дело. Что общего между всеми двигателями? В голове мелькнуло: «А может, солярка некачественная?»
– Вот что, майор, – решил я проверить свое предположение, – когда и где вы заправляли танки?
– Позавчера, когда к маршу готовились, из нашего бензовоза.
– И все танки этой роты заправлялись из одного топливозаправщика? – уточнил я.
– Да, как раз на всех и хватило, всю емкость опорожнили.
– Слейте в какую-нибудь банку топливо из бака.
Зампотех повернулся к механику-водителю:
– Слышал, что товарищ капитан просит?
Механик-водитель нашел пустую консервную банку, вытер ее внутри ветошью и, привязав к банке проволоку, запустил ее в горловину топливного бака. Вытащил наполовину полной.
– Ложка есть? – спросил я зампотеха.
– Что? Ложка? – опешил он.
– Да, обычная ложка.
Один из членов экипажа слазил в башню и принес ложку. Все смотрели на меня с интересом – чего-то чудит «смершевец».
Я зачерпнул ложкой солярку из банки и кивнул механику-водителю:
– Подожги!
Тот чиркнул одну спичку, другую, третью… Солярка гореть не хотела. Едва вспыхнув чадным пламенем, она гасла. Танкисты и зампотех смотрели на ложку как зачарованные. Я сунул палец в банку с соляркой и лизнул его. Вот те на! А солярка-то сладкая!
– Майор, Алексей, – быстро ко мне шофера с бензовоза.
Зампотех и Алексей ушли искать водителя. Похоже, дело становилось понятным и оттого все более интересным.
Почувствовав, что гроза их может миновать, танкисты не сводили с меня любопытных взглядов. Небось думали, что я их допрашивать начну с пристрастием. Но я и сам был в их шкуре, заметил на лице у одного даже следы ожогов. Стало быть – горел человек в танке. Какие же они трусы? У танкистов ранения редко бывали.
