7
0По известному мне номеру никто не отвечал. Пришлось связаться через телефонистку. Наконец я услышал в трубке голос Сучкова:
– СМЕРШ, полковник Сучков.
– Товарищ полковник, это капитан Колесников говорит.
– Ну, наконец-то! Я уж тебя потерял. Тебя разве не учили начальству регулярно докладывать? Мне Москва уже всю плешь проела!
– Так чего без толку было докладывать? А теперь подвижки появились, бумаги нашел – много, да вот прочесть не могу – переводчик нужен.
– Понял, майор!
– Я не майор. Товарищ полковник, это капитан Колесников говорит!
Я подумал было, что из-за помех на линии Сучков не расслышал, с кем разговаривает.
– Начальство не ошибается. Тебе присвоено очередное воинское звание – майор. Поздравляю!
– Спасибо, товарищ полковник! Так что мне с бумагами этими делать? Здесь их много – несколько ящиков.
– Грузи в полуторку и – в отдел. Кстати, мы перебазировались в Лукув, поближе к Варшаве.
Ага, понятно, почему я долго не мог дозвониться до отдела. Теперь и добираться будет ближе.
– Товарищ полковник, все в полуторке не поместится.
– Тогда жди на месте. Завтра с утра высылаю «ЗИС-5» и пару мотоциклов с охраной. Встречай! Офицеров посылаю, тебе лично знакомых. И больше о вашей находке никто не должен знать. Ты понял меня, майор?
– Так точно, понял. Жду. Конец связи.
Назавтра к обеду в имение прибыл крытый «ЗИС-5» в сопровождении двух мотоциклистов с колясками, на которых стояли пулеметы. «Неплохая охрана, – отметил я про себя, – только уж больно приметная».
Из кабины «ЗИСа» вылез знакомый мне «чистильщик» – старлей Удалов.
– Здравия желаю, товарищ капитан!
– Со вчерашнего дня – майор, – вежливо уточнил я.
– Поздравляю, – протянул он мне руку. – А что же погоны капитанские?
– Не успел поменять. Сучков вчера по телефону сообщил, что мне очередное звание присвоили.
– Не забудь пригласить звездочки обмыть. Ну, чего тут грузить?
– Прежде чем грузить, еще попотеть надо. Ящики-то в подземелье лежат, их еще наверх вытаскивать придется.
– Эх, ек-макарек! – сдвинул он фуражку на затылок. – Вот вечно так. Один отличился, нашел чего-то, а другому – потеть.
– «Что позволено Юпитеру – не позволено быку», – ответил я ему известным древним латинским изречением.
– Ну ты, брат, зазнался. Едва майора получил, а уже меня быком обзываешь.
– Не сердись, старлей. Так древние говорили.
«ЗИС» подогнали к лазу. Все, за исключением раненого поляка, стали выносить из подвала ящики. Были они тяжелыми – один ящик двое несли с натугой. Бумага весит, что твой кирпич. Да еще и тащить через узкий лаз было очень неудобно.
Все вымазались в пыли, паутине, руки были красными от кирпичной крошки, но к вечеру кузов «ЗИСа» забили почти доверху.
Я с удовлетворением осмотрел опустевший схрон.
