5
0
— Сгорят у тебя эти игрушки в первый же день, — мстительно пообещал Савватеев. — У вас как дорогостоящую аппаратуру списывают? Легко?
— Без проблем, — как показалось, хвастливо обронил Твистер.
— Тогда ладно. Но должен предупредить… Ни одного самостоятельного шага, только в сопровождении моих сотрудников.
— Мне была обещана достаточная свобода передвижения и деятельности, — ревниво заметил Твистер. — Есть договорённость между нашими службами.
— Ты что жене обещал, когда уезжал в Россию? — Савватеев обернулся. — Вернуться живым и здоровым?
На испуг его было не взять, лицо римского консула оставалось спокойным.
— Жена давно привыкла к моей опасной работе.
— Это потому что ты ни разу не возвращался на костылях. Или того хуже — в цинковом ящике.
— Злой ты, Олег, — вроде бы шутливо проговорил ФБРовец. — Я верю во всяческие буржуазные предрассудки…
— Какие там предрассудки? — грубо и угрожающе сказал Савватеев, выдавая врагу служебную тайну. — В районе операции за последние несколько дней два офицера погибли и около десятка получили тяжёлые травмы.
Твистер и этого не устрашился и спросил с некоторым интересом:
— Там что? Идут боевые действия?
— Если бы…
— Отчего же погибают люди?
— По дури… В основном несчастные случаи. Сейчас он должен был бы спросить или выразить предположение об исчезновении Каймака, как-то связанном с аналогичными случаями, но он словно забыл, зачем приехал в Россию и почему через своё руководство добивался участия в операции.
— Во всякой цепи случайностей есть явная закономерность, — проговорил мистер Твистер, словно сопровождая текстом какие-то свои мысли. — А какого характера травмы?
— Самого разного, — будто бы равнодушно отозвался Савватеев. — Кто с дерева свалился, кто наступил на провода под напряжением, кто споткнулся и упал… Там просто зона повышенного травматизма. Поэтому я обязан обеспечить твою безопасность. А то за американского гражданина у нас строго спрашивают.
Он впрямую намекал на судьбу правозащитника. ФБРовец о нем не вспомнил…
— Это любопытно… Может, зона рассеянного внимания? — И спохватился: — Я постараюсь быть осторожным, не спотыкаться на ровном месте. Чтобы не было неприятностей из-за меня.
— Уж постарайся, Мыкола…
Похоже, розыск подданного США вообще его не интересовал. И с этой острой, насторожённой мыслью Савватеев неожиданно отключился и ткнулся подбородком в грудь. Он поднял голову, посмотрел на смутное набегающее полотно дороги и уснул уже осознанно и крепко, поскольку сбился со счета бессонных ночей…"
"Проснулся он в сумерках от света фар встречных автомобилей и обнаружил, что спинка откинута и он полулежит в кресле — водитель позаботился.
