8
0
– Волк? – Савватееву показалось, он ослышался.
– Да, дикий волк, больной, одноглазый. Хотели пристрелить – егерь не дал. Говорит, его хозяин базы приручил. А он сидит в шайбе и щерится…
– В какой шайбе?
– Они так называют трансформаторную будку. Откуда старики сбежали…
– Заприте, пусть там и сидит, – ощущая непонятный озноб между лопаток, велел Савватеев.
– Еще приходил старик, спрашивал про свою собаку.
– Про какую собаку?
– Овчарка, рыжая сука…
– Это его собака?
– Документы принес… Ее звали Люта.
– Отдайте, если его.
– Овчарку застрелили, когда штурмовали базу. А старик требует.
– Разберитесь сами! – Савватеев быстро уставал от мелких вопросов и бестолковщины. – То волки там у вас, то собаки…
Мистер Твистер явился на автостоянку гостиницы с двумя чемоданами, как богатый турист.
– Смокинг не прихватил, Мыкола? – не удержался Савватеев.
– Тут в основном аппаратура. – С юмором у коллеги было напряженно. – Аналог вашего трупоискателя, только другого поколения.
Один чемодан он положил в багажник, второй, поменьше, с лямками, как у рюкзака, и, видно, с особо ценной шпионской начинкой, взял с собой в салон.
– Не жалко? – спросил Савватеев, усаживаясь рядом с водителем.
– Это очень надежный прибор, нашего производства.
– Украинского?
Твистер наконец-то услышал издевку, ностальгически рассмеялся:
– Да… К сожалению, мы быстро привыкаем к другому образу жизни, к технике… Кстати, приборы стоят больше миллиона.
– Сгорят у тебя эти игрушки в первый же день, – мстительно пообещал Савватеев. – У вас как дорогостоящую аппаратуру списывают? Легко?
– Без проблем, – как показалось, хвастливо обронил Твистер.
– Тогда ладно. Но должен предупредить… Ни одного самостоятельного шага, только в сопровождении моих сотрудников.
– Мне была обещана достаточная свобода передвижения и деятельности, – ревниво заметил Твистер. – Есть договоренность между нашими службами.
– Ты что жене обещал, когда уезжал в Россию? – Савватеев обернулся. – Вернуться живым и здоровым?
На испуг его было не взять, лицо римского консула оставалось спокойным.
– Жена давно привыкла к моей опасной работе.
– Это потому, что ты ни разу не возвращался на костылях. Или того хуже – в цинковом ящике.
– Злой ты, Олег, – вроде бы шутливо проговорил ФБРовец. – Я верю во всяческие буржуазные предрассудки…
– Какие там предрассудки? – грубо и угрожающе сказал Савватеев, выдавая врагу служебную тайну. – В районе операции за последние несколько дней два офицера погибли и около десятка получили тяжелые травмы.
