11
0
– Молчи, калик!
– Ты погляди, как подло тебе поединок устроили? С волком свели, которого ты вырастил! Которому был вожак стаи! Растравили зверя, сволочи, железом отпежили, глаз выбили и свели! И это все опричники Ослаба! А они без приказа…
– Да заткнись ты! – рявкнул Ражный и пошел вперед.
Калик догнал, заступил путь:
– Я-то заткнусь, но об этом сейчас все воинство говорит! Даже иноки недовольны, ворчат…
– Что ты хочешь? Тебе что нужно?
– Ну на хрен тебе в Сирое, сам подумай, а? – вдруг возмутился сирый, забегая то с одной стороны, то с другой. – Я же тебя не держу, да ты и помоложе, поздоровей меня… Плюнь ты на это дело, разворачивайся и дуй на все четыре стороны. Знаешь, сколько ныне проживает в Урочище и мытарится? Ё-ё-ёп!.. Сроду столько не было! Двести сорок восемь засадных душ, милый мой! Да еще нас, каликов, два с половиной десятка. Это я не беру в расчет еще одну категорию насельников…
– Какую?
– Немазаную-сухую!.. Скоро весь Засадный Полк будет сидеть в Сиром! В Урочище места не хватает, по чердакам живут. Две казармы срубили, заселили под завязку и уже третью заложили!.. Я уже водить вас устал. Каждую неделю вожу по одному такому, как ты! А Ослаб все судит, судит…
Ражный слушал его вполуха, но названные цифры сложились в уме сами собой и заставили остановиться.
– Сколько сейчас в Сиром?
– Должно быть, двести семьдесят четыре с тобой будет. И с нами…
– Ничего себе…
– Это за два года, Ражный! – загорячился сирый. – Причем самых лучших араксов!.. Вольных скоро совсем на воле не останется, половину сюда загнали. Теперь вот и за вотчинников принялись…
– Погоди, а за что?
– Была бы шея! Петля найдется!.. Кого за что: занялся, например, банковским бизнесом без благословления Ослаба – изменил воинству, нельзя деньги в рост давать. Один такой банкир уже на Вещере отдыхает. Драч – слышал? За несколько лет такие деньги сделал! Считай, можно было весь Засадный Полк содержать. Нет же, сюда спровадили… За жестокость, например, в поединке или, наоборот, как тебя, за утрату Ярого Сердца… Да что там! За прижитых на стороне детей стали в Сирое загонять! А ведь разумные Ослабы когда-то даже поощряли за такое, чтоб кровь народа омолодить кровью араксов. После войны, помню, был тайный указ молодым засадникам вдовушек ласкать… И мы ласкали! А что их не ласкать-то, страдалиц? Какие потом ребятишки выросли! Посмотреть любо-дорого…
– И скольких же ты уговорил не ходить в Сирое? – в упор спросил Ражный.
Калик отступил:
– Одного все-таки уговорил. Потому что умный оказался, а остальные дураки, как ты."
"– И всего-то?.. Тогда лучше молчи.
– А ты теперь посчитай, на сколько разделят тебя? Что будет представлять твое «я», сообразил?..
