1
0Западная половина неба покраснела, значит, солнце, сейчас невидимое за полосой деревьев, уже приблизилось к горизонту.
То, что огненный маг встретил нас враждебно, было неприятно, но, если подумать, ожидаемо. Напротив, выйди он нам навстречу с раскрытыми объятиями, стоило бы удивиться. Человек, сумевший выжить в проклятом лесу, по определению не мог быть слишком доверчив.
Следовало каким-то образом доказать магу, что мы люди, что мы для него безопасны и что мы ему нужны. Сейчас я ломал голову над всеми тремя пунктами, но пока без толку.
— Есть способ отличить человека от демона, гаргуна или одержимого? — спросил я Кастиана. Единственное, что я сам знал, это как обнаружить в теле человека Черную Шептунью.
Тот кивнул.
— Жрецы Пресветлой Хеймы определяют это моментально.
— Чудесно. А если их поблизости нет?
— Тогда не знаю. Может, отрезать что-нибудь? Если часть тела нормально отрезалась, не превратилась в черную жижу, не отрастила многоножки, если из раны пошла обычная красная кровь и раненый кричит как человек и ведет себя как человек, то, наверное, он и есть человек.
— Еще чудесней, — отрезать от себя части я готов не был.
Мысленно вздохнув, я решил отложить этот вопрос на потом. Пока нужно было придумать, как подобраться к зданию — и к магу — так, чтобы не оказаться при этом поджаренным. А потом уже думать о том, как мага убедить. К тому же сам маг мог знать какой-нибудь хороший и не травмирующий метод. Наверное.
Я все еще напряженно думал, когда мои мысли перебил напряженный голос Кастиана:
— Смотри! Там!
Я подавил раздраженный рык и взглянул туда, куда указывал Кастиан. Там в нашу сторону что-то двигалось. Кто-то двигался. Как и со зданием, с его внешностью были нелады — очертания его фигуры рябили, менялись. Как я ни старался, не мог определить даже точный рост вышедшего.
— Возможно тот самый огненный маг, — негромко сказал Кастиан.
Магия любит прямой взгляд, — внезапно прокряхтел в моей голове старушечий голос. — Всегда смотри вскользь.
Память. Очнулась, наконец, а то больше двенадцати часов молчала. Вскользь, значит.
Я отвел взгляд от приближающейся фигуры, но не далеко, лишь чуть в сторону. Теперь я видел идущего боковым зрением — и фигура вырисовывалась куда четче. Ростом человек — а я надеялся, что это был все же человек, — оказался аж в половину ниже, чем я. Человек был не только низкорослым, но еще, судя по тому, как болталась на нем одежда, очень худым.
Это что, в поместье Дасан жили тощие карлики?
Или — я вспомнил странную безглазую девочку — или же это был ребенок? Хотя в деревне, где я провел первые два дня своей новой жизни, детей не было, я откуда-то знал, как должны выглядеть дети, знал, как они растут, чем отличаются от взрослых.
