Вне клана

Теперь стрелку стало сложнее, но в безопасности я себя не почувствовал.

Письмо.

Мастер Стерий обещал сделать для меня копию своего письма и добавить туда то, что я подслушал. Но теперь это было невозможно. Осталось только то, самое первое письмо, которое мастер уже написал и планировал отправить завтра.

Я напряг память, вспоминая, где в последний раз его видел. Точно, на столе.

Стараясь двигаться бесшумно, я нащупал его под какими-то бумагами и торопливо сунул себе за пазуху, туда, где уже лежала карта. За письмом последовал кошель.

Оружие. Мне было необходимо хоть какое-то оружие.

Я подполз к мертвому мастеру и, мысленно извинившись, снял с него пояс с ножнами, в которых лежал длинный кинжал. Лучше, чем ничего, но не совсем то, чего бы мне хотелось.

Внутри дома было абсолютно темно, оставалось полагаться только на память. Я затянул на себе пояс Стерия и, бесшумно ступая по деревянным половицам, подошел к месту, где прежде видел топор. Да, тот стоял там, лезвием вниз. Я заткнул его за пояс и попытался решить, что делать дальше.

Стрелок с ядовитыми стрелами затаился снаружи. Вероятно, караулил дверь. Одно попадание, простая царапина, — и я тоже буду мертв. Нужно было выбраться из дома, но так, чтобы меня при этом не застрелили. А для этого мне следовало увидеть стрелка первым — и, желательно, не только увидеть, но и убить его. Или же раствориться в темноте так, чтобы стрелок меня не заметил.

Честно сказать, вариант «убить стрелка» мне нравился куда больше.

Чердак. У всех домов здесь были высокие чердаки.

Ступени лестницы, ведущей наверх, почти не скрипели, а дверца оказалась не заперта. Чердачных окон нашлось два, больших, изнутри закрытых ставнями. Открылись они, впрочем, легко. Проемы окон оказались пустыми, никаких бычьих пузырей. Я выглянул сперва в одно, потом в другое, выискивая стрелка, и с северной стороны, недалеко от входной двери, уловил движение.

Проверив, крепко ли насажено на топорище лезвие, я дождался нового движения и метнул в его направлении топор. Из темноты послышался болезненный вскрик. Я выхватил из ножен кинжал и выпрыгнул. Приземлился на ноги и прокатился по земле, гася силу падения, тут же вскочил и кинулся к темному силуэту. Впрочем, как раз из-за облаков вышла полная луна, видно стало хорошо.

Топор попал человеку, караулившему у входа в дом, в левое плечо. Похоже, раздробил кость. Болезненная рана. Впрочем, я тут же полоснул чужака по горлу, избавив от мучений.

На земле рядом со свежим мертвецом лежал арбалет, а за его спиной — колчан для стрел…

Колчан не для стрел, — поправила память, — а для самострельных болтов.