Нечто чудесное

Когда Александра проснулась, они подъезжали к конюшне, и Джордан осторожно поднял ее с сиденья. Не обращая внимания на исполненные живейшего любопытства взгляды слуг, он поставил ее на землю и улыбнулся.

– Я утомил тебя, любимая? – спросил он и хрипловато хмыкнул, когда она покраснела.

Рука об руку они направились к дому. Позади один грум фальшиво замурлыкал что-то, другой засвистел, а Смарт во все горло запел непристойные куплеты. Джордан обернулся и в упор уставился на слуг. Под его пронизывающим взглядом веселье мгновенно угасло. Смарт ухватился за поводья и повел лошадь в конюшню; грум схватил вилы и энергично вонзил их в охапку сена.

– Что-то случилось? – встревожилась Александра."

"– Должно быть, я плачу им слишком много, – недоумевающе пошутил Джордан. – Уж слишком они жизнерадостны.

– По крайней мере вы наконец заметили, что воздух наполнен музыкой, – с непочтительной улыбкой объявила жена.

– Мегера, – усмехнулся он, но улыбка тут же померкла. Глядя в ее прекрасное лицо, он спокойно подумал: «Я люблю тебя».

Слова жгли сердце, рвались из горла. Джордан знал: она хочет их услышать.

Джордан не мог оторвать от нее глаз, словно глядевших в душу. Он скажет ей сегодня. Когда они останутся одни, будут лежать вместе, в его постели, он скажет ей то, чего никогда и никому не говорил раньше. Она останется. Останется навсегда. Он знал это так же точно, как то, что прелестная, чарующая, обольстительная красавица любит его.

– О чем вы думаете? – тихо спросила она.

– Вечером скажу, – пообещал Джордан и, обняв ее за талию, привлек к себе.

Они пошли к дому, двое влюбленных, которые провели вместе чудесный, безмятежный день, запомнившийся им на всю жизнь.

Проходя через широкую, увитую розами арку у входа в сад, Джордан покаянно улыбнулся и покачал головой. Только сейчас он впервые в жизни понял, что бутоны и лепестки буйно цветущих роз – красные. Глубокого, насыщенного, изумительно красного цвета.

Глава 29

Не в силах расстаться с женой, Джордан поднялся с ней наверх, в ее спальню.

– Надеюсь, тебе понравился наш пикник, принцесса? – спросил он.

Глаза Александры сверкнули ярче драгоценных камней.

– Очень.

Он поцеловал ее и, пытаясь найти предлог задержаться еще ненадолго, медленно обошел комнату. Заметив на туалетном столике бархатный футляр с часами ее деда, Джордан остановился и принялся их рассматривать.

– У тебя есть портрет деда? – лениво спросил он, взяв часы.

– Нет. Это единственное, что осталось от него. Когда я смотрю на них, всегда вспоминаю лицо дедушки.

– Прекрасная работа, – заметил Джордан.

– И дедушка был необыкновенным человеком, – заметила Александра вежливым тоном, противоречившим тайной улыбке в ее глазах, исподтишка изучавших гордый профиль мужа.