Нечто чудесное

– Совершенно согласна с вами, – процедила Алекс, мудро подавляя порыв объяснить мужу заранее, что не намеревается подчиняться его приказам. – Вы считали, что женились на доверчивой, покорной, обожающей вас девочке, которая по малейшему знаку бросится выполнять любое ваше желание?

– Что-то вроде этого, – сухо признал Джордан.

– Вы просчитались.

– Все еще впереди.

– Александра вскинула голову и повернулась, подчеркнуто отказываясь сделать реверанс.

– Ошибаетесь, ваша светлость, – произнесла она, направляясь к двери.

– Меня зовут Джордан, – со злостью напомнил он. Александра остановилась. Изящно очерченные брови приподняты в деланном удивлении, на щеках горят багровые пятна. Когда-то она мечтала, чтобы он попросил ее обращаться к нему по имени… Теперь же ей доставит огромное удовольствие поставить его на место.

– Мне это известно… – объявила она и со спокойным вызовом добавила:

– …ваша светлость.

Дав ему понять, что не собирается допускать ни малейшей близости и уж тем более обращаться к нему по имени, Алекс снова шагнула к порогу, чувствуя, как его взгляд впивается в ее лопатки, молясь, чтобы трясущиеся ноги не подкосились, и стараясь скрыть, как нервничает.

Она уже коснулась дверной ручки, когда тишину разорвал низкий зловещий голос:

– Александра!

Алекс невольно вздрогнула.

– Да? – вежливо бросила она, оборачиваясь.

– Хорошенько подумайте, прежде чем совершить ошибку и пренебречь приказами. Уверяю вас, вы горько пожалеете.

Превозмогая ледяной озноб тревоги и страха, Александра гордо подняла подбородок:

– Вы закончили?

– Да. Пошлите мне Хиггинса, пожалуйста. Эта просьба напомнила Алекс о судьбе ее слуг, и она круто развернулась, готовясь к последней схватке.

– В следующий раз, когда вздумаете отомстить мне за очередное воображаемое преступление, будьте добры оставить моих слуг в покое. Эти два ни в чем не повинных старика, которых вы сослали сегодня на кухню, заменили мне отца! Пенроуз учил меня удить рыбу и плавать, Филберт сколотил кукольный домик, а позже и плот и показал, как им управлять! Я не позволю вам унижать и оскорблять…

– Велите Хиггинсу, – невозмутимо перебил Джордан, – дать им работу, где вам будет угодно, кроме, конечно, передней и холла."

"Дверь за Алекс захлопнулась. Джордан, мрачно хмурясь, в задумчивости опустился на стул. Он сделал все, как хотел, – заставил жену понять правила, по которым ей придется отныне жить, и был уверен, что она покорится.