Верный муж

Надя тогда, может, впервые в жизни перешла на крик:

– Это же твой единственный друг! Ваши родители лежат рядом на кладбище! Он столько пережил! Как ему досталось, не приведи господи! Да, виноват, ошибся! А разве он не каялся? Нельзя же так добивать человека! К тому же у нас ведь есть деньги! Как раз хватило бы на первый взнос! Разве человек не имеет права на ошибку? Ты же его предал! Как ты мог отказать ему! Как ты сможешь спокойно спать после этого?"

"Муж спокойно выслушал ее жаркий монолог, а потом ответил:

– Смог, и запросто. Без всякого зазрения совести. И спать буду замечательно, не сомневайся! За ошибки свои, Надя, я всегда платил сам и помощи ни у кого не просил.

На ошибку, моя дорогая, имеют право все, ты говоришь верно. Но ошибки в его возрасте и с его жизненным опытом непростительней вдвойне. А насчет предательства – так вот здесь ты не права. Он сам предал всех и сразу – всех своих жен, подруг и, кстати, детей. Всех, кто был рядом с ним в тяжелейший момент его жизни. Пусть выкарабкивается сам. Сашка живуч как таракан, ты уж мне поверь! Как-нибудь пристроится – еще лучше прежнего. А что касается денег – вот как ты думаешь, с чего бы он их нам отдавал? И как долго? А мне они с неба не валятся, ты вроде бы в курсе. Я и в командировки мотаюсь, и дополнительные проекты делаю, и на свои «мужские увлечения», вроде спиннингов и чешских палаток, деньги не бросаю. Веденский жил всегда для себя и ни в чем себе не отказывал. А я пахал, потому что семья, дочь. А его, такого замечательного, волновали его дети? Кто что ест, кто на чем спит? Так что пусть почешется – может, впервые в жизни. А у нас в планах покупка новой машины, если ты помнишь, на которую мы с тобой, дорогая, копили не один год.  – Григорий Петрович вышел из комнаты и хлопнул дверью.

Надя села, подперла горящее лицо руками и подумала: а ведь он прав! Прав ее разумный и справедливый муж. На все сто! Или все же не прав? И почему она сомневается?

Сашка Веденский, кстати, не пропал – сошелся по новой с какой-то старой женой, вроде бы третьей по счету, заселился в ее трешке в Мневниках, устроился на работу в НИИ геологии на приличную зарплату (протежировала бывшая любовница) и продолжал ездить на рыбалку и ходить в походы.

Вот так.

«Кладбищенские» встречи больше не повторялись. На даты рождения и смерти родных Надин муж ездил в Востряково один.

И что получается? Муж опять оказался прав – вот что получается. И когда у Веденского все устроилось, Григорий Петрович с насмешкой посмотрел на Надю и спросил:

– Ну и стоило все это твоих переживаний?

Милая моя! Вот что ты рвешь себе сердце? Ведь и так было все понятно – абсолютно все! Все эти «люди» – кавычки неспроста – одним миром…

А что ты надеялась увидеть? Это люди потребления.