Вернуть Веру

И я то ли совсем недавно начал это понимать, то ли всегда знал, да только старался не анализировать, потому что кому это надо, ну, правда? Вряд ли Нике. И определенно не мне… Я ведь уже сам для себя все решил. Задал вопрос и честно, предельно честно на него ответил.

Поступил бы я иначе? Нет."

"Даже сейчас, изменившись и пересмотрев многие свои взгляды на жизнь, я понимал, что ничего бы не стал менять. На тот момент мне было тридцать. И все это время я не сидел на жопе ровно. А я эту жопу рвал… Хватался за любую работу, возможность, сутками не спал, существуя на каком-то голом упрямстве и воле.

Не надеясь на кого-то. Сам… Все сам. Если бы время не поджимало, может, я бы так продолжал и дальше. Но, как я уже сказал, мне было тридцать. Критический возраст в развлекательной индустрии. Я буквально видел перед собой тот самый последний вагон, в который, если не впрыгнуть – все. Считай, двенадцать лет насмарку. В тот момент передо мной остро стояла тема принятия решения. Я постоянно думал о том, что делать дальше. А тут она… Легкая добыча. Я на нее смотрел за тем столиком, и что-то в голове со щелчками становилось в пазы. Вот же оно… Вот! Только возьми. Дочка самого Пестова! Связь с которой могла бы стать тем самым толчком в нужном направлении. Плохо это или хорошо? Я бы сказал, необратимо. В таком отчаянии я тогда находился…

Сейчас я понимал, что не случись тогда со мной Ника, ничего бы у меня не вышло. Развиваться можно лишь там, где развивается что-то помимо тебя. Она предоставила мне эту возможность, сама о том не подозревая. За это я был бесконечно ей благодарен.

Но в наших отношениях был и еще один важный момент. Ника утверждала, что любит. А я не мог понять, за что меня можно любить.

Я же откровенно ее стремался. Нет, на людях-то, конечно, я этого не показывал. Но вот про себя, особенно когда нам пришлось пожениться, частенько думал: господи, и вот с этой женщиной я связал свою жизнь?

Вот ведь какая штука, обдавая ее презрением, ночью я каким-то чудом о нем забывал. Себя я оправдывал тем, что у меня не на её поплывшие телеса стоит, а на открывающиеся перспективы. Я трахал не Нику, а ту реальность, которая была мне предопределена. Кончеными стереотипами об интернатских детях. Полными яда замечаниями воспитателей и педагогов, которые видели в своих воспитанниках лишь будущих наркоманов и уголовников.

Вбивая эту мысль им в подкорку. И тем самым не оставляя им других вариантов… Я трахал систему... Со вкусом, старательно трахал. Сгоняя злость, сдирая корки на ранах и дезинфицируя их…

Да, это было низко и неправильно. Да, Ника этого не заслужила. Но ей я уже не мог помочь. Случилось то, что случилось. Слава богу, та история ее не сломала, и все у нее хорошо. Любовник… красавица-дочка. Дом, в который наверняка хочется возвращаться.