3
0
Догерти блестяще справился со своей задачей и спустя полгода после своего освобождения от Тени смог выявить артефакт, необходимый для снятия проклятия с женщин Миранды. Как ни странно, им оказался магический меч Вальдиса. Мой генерал уничтожил этим оружием последнюю Тень в мире, и теперь оно вобрало в себя силу, способную обратить вспять магию Теней. Догерти подобрал нужное заклинание, прочитал его над мечом, и всю планету окутала короткая яркая вспышка, после который все девочки, девушки и женщины Миранды обрели такой желанный карамельный аромат.
Всеобщее счастье было неописуемым, весь народ, от мала до велика, ликовал целый месяц.
Дима и Тин объединили свои империи, и теперь Миранда стала вновь одним целым, как в старые добрые времена, но только с двумя правителями. А если они в чём-то не сходились во мнениях, то арбитром выступал третий драконит, Рон.
Новый замок в Ариньоне был построен за полтора года, а до тех пор мы жили в летней резиденции Тинтуриана, и роды настигли меня именно там. Помню, в тот день все мои семеро мужей пребывали в лёгкой панике, и даже невозмутимый Вальдис не находил себе места, а Рон на нервах выжег за домом целый котлован, из которого мы впоследствии сделали бассейн.
Пока наш целитель Фармиэль принимал у меня роды, Райниэль мужественно успокаивал моих мужей, применяя для этого в том числе свою магию.
Седовласый эльф отлично обезболивал схватки и развлекал меня приятной беседой, даря мне уверенность в том, что всё будет хорошо. Так оно и случилось. Сначала появился на свет мой сыночек, потом доченька.
Хоть Сантор – от Тая, а Мариэль – от Дана, все мои мужья без исключения относятся к моим детям, как к своим собственным. Имена им тоже выбирали все вместе, путём горячего обсуждения и последующего голосования. Это была та ещё эпопея.
– Когда мне ждать следующую партию внучат? – подойдя ко мне, сияющий от счастья отец обнял меня, поцеловал в щёчку и погладил мой округлившийся животик.
На этот раз там была тройня, и снова от разных отцов, так что я была уверена, что без магии тут не обошлось. Сейчас я носила под сердцем дочек от Вальдиса и Рона и сына от Кея.
– Примерно через три месяца, – ответила я на вопрос любимого свёкра.
– Три месяца, одна неделя и два дня, – авторитетно заявил уже перепачканный в торте Сантор. Его милая мордашка расплылась в улыбке: он очень ждал братика, чтобы потом устраивать с ним, как он выразился, небольшие кошачьи шалости.
– Ты уверен? – вскинул бровь Райниэль.
– Обижаешь, дедуля, – фыркнул малыш и убежал веселиться с сестричками.
