0
0Вязкая защита упыря постепенно утрачивает свойства. Все пули входят в него."
"Млять! Замечаю вокруг него контур портала, и быстро убираю его. Следом ещё один! Убираю! Свалить решил?! Да хренушки. Маг дёргается от выстрелов и давится собственной кровью.
Раздаётся холостой щелчок, всё!
Разъярённая Ольви с несуразным рыком отбрасывает автомат и долбит в мага шквалом сосулек, которые сшибают его с ног!
Но тот быстро приподнимается и раздаётся из глотки мерзкое и пронзительное:
— Страааах!!
Боль пронзает башку такая, что кажется в мозг вонзились раскалённые иглы! Магичка с визгом оседает, зажимая уши. Сквозь вопли слышу, как стонет и Райна. На перепонки наплывает золотая броня, но поздно! Из ушей вытекает горячее.
Руины вокруг, догорающие доски и плотная тьма, всё поплыло! Замедляю время на максимум и перехожу в боевую форму! Поле боя перемешалось в серое болото, бушующее в шторме, и я практически наощупь добираюсь до Высшего!
Кое — как привыкнув к колебаниям, на этот раз вижу, как в районе нашпигованной и сочащейся кровью груди ублюдка возникают прозрачные блёстки, очень напоминающие кристаллы! Контур сложный, но запечатлеть в памяти не сложно, особенно, когда после него снова вырывается замедляющее поле! Но теперь оно не такое мощное и вязкое, и поэтому мой клинок медленно, но верно прорезает его, продавливаясь до самого горлышка. Башка с недоумевающими зенками слетает с первого же удара. После чего вся магия спадает к чертям.
Второй Высший готов.
Когда возвращаюсь в нормальный решим и бегу лечить Ольви, меня штормит, как в усмерть пьяного, практически ничего не слышу из — за лопнувших перепонок. Похоже, ещё бы немного и у меня бы лопнули глаза. У магички уже все белки красные от лопнувших капилляров.
Восстанавливаю её магией лекарства. Опомнившись, Ольви грубо отталкивает меня и ползёт куда — то в сторону!
Вскоре до меня доходит, куда ей нужно. На руках у красноглазой, на вид очень потерянной Райны лежит Гунуа с раздробленным черепом, и в груди у него зияет здоровенная дыра. Проверяю пульс. Не дышит, мертвее всех мёртвых.
Перед глазами вмиг проносятся все наши уроки, когда он учил меня в изгнании. Всё самое доброе и светлое. Я же его не просил. А он всегда защищал меня. И свою внучку от любил и оберегал, как мог…
Млять, жалко деда. В этом грёбаном месиве не думал, что подкатит даже ком к горлу. Но подходит и злость. А следом ярость.
Времени на скорбь и утешения нет, как ни цинично…
Учуяв горячую кровь и перестав бояться Акелдаму, вампиры рванули к нам. Похоже, вражеских магов, стремящихся поддержать своего господина, наши сумели прикончить. Три тела валяется неподалёку.
