0
0
Целых шесть фелисов, корячась, моё копьё к памятнику потащили!
Сердце задолбило чаще, когда я увидел эти лица. Грустные, до трясучки знакомые. Нелли и Вебисиду в окружении «кошечек» и «кошаков»! Шейлу и воительниц! А я и забыл, как они прекрасны и светлы. А я и забыл каково это… любить.
Мне хочется сорваться, бросить всё и вернуться к ним. Туда! Прямо сейчас!
Аж до мурашек. С жаждой обнять поскорее, осязать и убедится, что они настоящие, живые. Живут прямо сейчас!!
Но я не могу. До давящего в груди. Заражу, погублю, испорчу всю жизнь.
А их всё больше, родных и милых, тех, по кому я безумно скучаю. Они как специально проявляются один за другим, добавляя мне увесистости в ком у горла.
В толпе мелькают Ангелина, Эрик, Линелла, Олаф, мои хозяюшки с Утёса, обнимающие спасённых девочек… Кириан с дочкой и целой группой учеников из универа.
Фейрат с Деодором что — то обсуждают. Принц уже и не принц, похоже, а король. Да и бывший наставник в плаще советника.
А там в сторонке что за верзила?! Малькольм?! Да при свете дня! Лиен с ним рядом стоит, как трёхлетняя дочка, скромно прижимается. Не думал, что буду так рад видеть и этих. А ведь сработало.
Здесь и Валиант с сыном и Инессой, да они ещё и с двумя детками на руках.
Ой, ёй. Пошла движуха какая — то.
Вижу, как Ольви со слезами на глазах подходит к постаменту и кладёт мои наручи, в которых нет уже камней. Что — то говорит этому танку. И я бы душу дьяволу продал сейчас, чтобы услышать эти слова.
Отступает в толпу. Постой, не уходи, пожалуйста.
Но следом вперёд вырывается Нелли! «Кошечка» моя голову опускает и шепчет себе под нос. Как же хочется обнять её сейчас.
И сказать, да жив, я жив… чего вы тут устроили?!
Пятится обратно, в глазах зелёных слёзы блестят, но царица фелисов держится, из последних сил.
Выходит Имиретта. Узнаю её, и дыхание перехватывает в груди. Моя хорошая… Живая и здоровая, та, кого я считал самой главной вруньей. А в итоге она спасла меня, да и весь их мир. Без колебаний, без промедления. Сумела перебороть себя и магию браслета.
Огнепламенная улыбается грустно, подходит к алтарю, который они для меня сотворили, и кладёт туда поломанный идентификатор. Похоже, тот, что я ногой расколол у Джуны.
Молчит полминутки, не шевелясь. А затем вдруг смотрит в небо! Будто прямо мне в глаза!! Ох уж это пламя… Говорит что — то неистово и яростно!! Толпа вокруг бурлит. Часть в небо смотрит вслед за ней. А другие уже в нетерпении к памятнику бросаются без очереди, закрывая её от меня.
Теперь знаю… она им всё рассказала. Что я не сбежал. Иначе к чему всё это.
Удаляю камеру, словно улетаю оттуда. Сижу, как дурак, медитирую на облака, закрывающие сейчас Редуш.
Что же это. Всё забыть меня не могут.
