13
0
Он тоже, казалось, целую вечность не мог найти слов и молча, с пронзительной нежностью прижимал ее к себе, усталую и удовлетворенную.
– Я был не прав. Насчет фейерверка. Правда? Луиза наконец приподняла голову и попыталась улыбнуться.
– Но в одном ты был прав… Тадж-Махал бледнеет по сравнению с этим.
– Если бы я мог построить дворец в твою честь, я построил бы. – Он провел пальцем по ее губам, затем нежно поцеловал их. – Пора спать, мисс Браун.
– Не напоминай... должно быть, раскрылось мое второе ""я"".
– Вся эта утонченность и совершенство?
– Между прочим, я тоже думаю, что ты великолепен.
Посмеиваясь, Ричард поцеловал ее в кончик носа, и вскоре она заснула. Он же долго еще не мог заснуть. Выключив единственную лампу, освещавшую комнату, он обдумывал неожиданный поворот событий, и на его лице не было и тени улыбки.
«Я не в силах покинуть ее, – думал он. – Я не хочу расставаться с ней, но... она сама сказала: или все, или ничего. И я верю ей… Но смогу ли я изменить себя? Чего я боюсь? Она ведь не такая, как Рос... правда, упряма и всегда уверена в своей правоте…»
Он заснул только через час, так и не приняв никакого решения.
Утро было сырым и туманным. Они проспали завтрак и в спешке, чтобы вовремя освободить гостиничные номера, собрались в обратный путь.
– Нам надо поговорить, – сказал Ричард уже в машине.
– Не надо. – Луиза на мгновение коснулась его руки, лежавшей на руле. – Все сказано.
– Нет, – резко возразил он. – Если ты вооображаешь, что я просто уйду из твоей жизни, то ты не так разумна, как я полагал.
Она увидела решительную складку в уголке его губ и вздохнула.
– Ричард, ты хочешь все испортить?
– Что это значит, черт побери?
– Я все объяснила тебе вчера вечером.
– Это было до... и, между прочим, я помог тебе сегодня принять душ и одеться, даже причесал тебя.
Луиза закусила губу, вспоминая, как он намыливал ее тело, как осторожно, несмотря на спешку, растирал ее полотенцем. Удивительное ощущение близости вновь нахлынуло на нее, но она знала, что должна делать, и дай Бог ей не выдать своего волнения.
– Послушай, Ричард, у нас ничего не получится. Нам обоим это было ясно с самого начала. Я... как ты это называешь…
– Максималистка? – сухо подсказал он. Луиза внутренне вздрогнула, но сумела сохранить холодный тон, когда произнесла:
– Если тебе так нравится.
– Это не значит, что мы должны обрубить все связи.
– Что же ты предлагаешь? Какой срок ты нам отпустишь? Год? Два?
Он забормотал под нос ругательства.
– Ричард, пожалуйста… Я знаю, что произойдет, если я попытаюсь тебя изменить, и я слишком хорошо знаю себя: я обязательно попытаюсь тебя изменить. Это приведет к полной катастрофе… – Луиза старательно подавила подступившие к глазам слезы.
