В сетях страсти

Вероятно, Джулия – единственная, кто не знал о его романах на стороне в течение всего их брака. В одном ему не повезло: Рос нацелилась на него после того, как я отказался сменить образ жизни.

– Она... это была месть? – в ужасе спросила Луиза.

– Так она мне сказала.

– Твой брат это знает?

– Едва ли.

– И что же будет... через несколько лет?

– Похоже, мы думаем одинаково. Очевидно, если ей не попадется более крупная рыба, она останется миссис Гарет Мур. Уверяю, это очень щедрая компенсация за то, что не удалось стать миссис Ричард Мур.

– Какой ужас! – выдохнула Луиза.

– Если полагаешь, что я страдаю, то ошибаешься. Я же сказал, что с ней покончено. Только мне никогда не избавиться от чувства вины перед Джулией и детьми.

– Я понимаю, что ты никогда не смог бы снова доверять Рослин, но… – Луиза беспомощно взглянула на него. – Нельзя же перестать доверять всем! И разве не мучительно... представлять ее с собственным братом?

– Я справился.

– Тогда почему ты до сих пор один?

– Луиза, я не смог измениться ради нее, и, как оказалось, поступил правильно, но, безусловно, вся история как-то повлияла на меня.

– Если быть до конца честным, то несправедливо требовать от кого бы то ни было приспосабливаться к моему образу жизни. На короткий срок это, вероятно, романтично, но в длительной перспективе – совсем другое дело.

Луиза облизнула вдруг пересохшие губы.

– Когда появятся дети, ты имеешь в виду? Да… – Взмахом руки она приказала ему замолчать. – И ты собираешься вечно слоняться по самым глухим уголкам света?

– Наверное. Я думаю, это у меня в крови.

– Значит, ты никогда не собираешься жениться?

– Было бы глупо говорить о непоколебимых решениях в этой области.

– Я… – Луиза закрыла рот, поскольку ее осенило: Ричард Мур использует свой образ жизни как удобный предлог. Но если так, то почему? Может, нежелание связывать свою жизнь с любой женщиной коренится гораздо глубже? Может, он даже перед самим собой не хочет признаться, что на него повлиял не только разрыв с Рослин Уайт? «Попался, – подумала она, – только с чем тогда остаюсь я?»

– Ты хотела сказать, что…

– Я не знаю.

Ричард улыбнулся, но улыбка тут же соскользнула с его лица.

– Может, теперь ты понимаешь, почему я не хотел обсуждать это?

– Понимаю, – рассеянно отозвалась она, погруженная в свои мысли, затем усилием воли сосредоточилась на его вопросе. – Можешь не волноваться, я никому не расскажу твою историю.

– Я и не сомневался. Но думаю, слушать было не очень приятно.

– И не очень-то помогло мне... нам.