2
0Втянув носом теплый весенний воздух, я неслась в сторону клуба, где сейчас работала, с одной лишь мыслью «лишь бы не заметили мое отсутствие», а это было бы настоящим чудом сейчас.
Я так спешила, что дважды оступилась, чуть не зарывшись носом в асфальт.
—Черт, — поправив лямку старого пошарпанного рюкзака, я быстро завернула в нужный переулок, чтобы поскорее выйти на главную улицу.
В голове все еще крутилось, что надо купить отцу, что для дома, денег катастрофически не хватало, я не знала уже, как экономить, чтобы оставалось на обычную еду. О мясе не думала давно, даже не хотелось как-то, наверное, отвыкла. Так бывает. Все деньги уходили исключительно на лекарства отцу, да на примитивные продукты. За коммунальные я платила ровно половину, иначе ходить мне голодной, хотя я и так полуголодная…
Закусив губу, я невольно вспомнила последний случай, когда отца чудом откачали и у меня были сбережения. Теперь их, разумеется, не было, и если он снова…то платить мне попросту будет нечем.
Внезапно зазвонил телефон, и я, все так же несясь на работу, подняла трубку.
—Маш, ты скоро? Мегера пришла, пока не заметила, но скоро будет нас собирать, — Ваня взволнованно проговорил в трубку. Он мой друг, который всегда может прикрыть в подобных ситуациях, и учились мы вместе восемь лет, так что как-то так вышло, что стали практически братом и сестрой. И сейчас, когда я сказала, что иду работать в ночной клуб, он меня одну в этом деле не оставил, тоже решил подзаработать, хотя ему, по правде сказать, это не нужно. С его-то родителями и возможностями.
Но он, как говорится, родился хоть и с золотой ложкой во рту, но с чувством самодостаточности, желанием добиться всего самостоятельно.
Запыхавшимся голосом я прокричала в трубку:
—Бегу, ровно три минуты, и я буду на месте, честное слово.
Я была уверена, что успею ровно до того момента, пока не услышала странный хлопок, а перед глазами не появился человек, плавно оседающий на пол."
"Тело словно одеревенело, и я была близка к падению в близлежащие кусты. Стало настолько страшно, что я слышала свое сердцебиение где-то в горле. Ни двигаться, ни дышать не могла.
Я понимала, что должна что-то сделать, но паника бежала впереди меня, и я добрых минут пять просто стояла, заставляя себя среагировать на ситуацию. Кто-то только что стрелял в человека. Кто-то мог быть еще там, а я стояла с другой стороны и лишь отчетливо видела, как человек в черном костюме и белой рубашке упал на землю, и он не двигался.
Господи, а если его убили? А что если я стала свидетелем убийства?
К горлу подступила тошнота, я вдруг вспомнила всю свою жизнь, неяркими пятнами сменяющуюся кадрами перед глазами. Я свидетель.
