2
0
Около трех часов ночи из до боли знакомой мне випки вышел Белов со следами губной помады на щеке и растрёпанной прической. Темные короткие кудри торчали в разные стороны, походка была «невнятной», что явно говорило о том, что он выпил много, и был не сам. И провел время именно так, как обычно проводят его тут все мужчины.
Мое сердце болезненно сжалось, а в следующую секунду я силком заставила себя отключиться от внутренних переживаний. Не время и не место, вообще бессмысленно это было.
И ровно в тот момент, когда наши взгляды схлестнулись, я перестала дышать, сбитая с толку от увиденного на большом расстоянии. Он смотрел на меня как неодушевленный предмет, не играющий для него особой роли. А затем отвернулся, продолжая идти прочь из заведения. Ни слова, ни полслова, ничего.
Мы вдруг стали чужими. Впрочем, мы ими и были, это я придумала себе что-то, придала всем этим встречам особенное значение, а ведь не стоило. В них и правда не было ничего особенного, я просто искала тепла там, где его не ищут. Просто глупости молоденькой девочки, ни больше, ни меньше.
А пока я смотрела ему вслед, почему-то чувствуя пробоину в груди в том месте, где было сердце. Моей особенностью было довольно быстро привязываться к людям, но здесь все было еще быстрее, потому что в обществе мэра я ощущала себя слишком живой, слишком собой, а не той блеклой копией Маши, которой я была для всех окружающих. Печально осознавать, что все что было — это не нечто особенное, а довольно интересная игра для сильного мира сего.
С тех пор я больше не встречалась с ним, хоть каждый раз искала глазами, приходя на свои смены. Отсутствие разговоров ударило по мне сильнее, чем я думала, потому что я, запрещая себе это, все-таки скучала. Безумно. До боли.
Пусть это и было иррационально. Зато я могла сублимировать в полной мере, упиваясь работой и заботой об отце. О поиске денег. Но даже несмотря на шквал обрушившихся проблем, я снова и снова думала о человеке, внезапно перевернувшем мой мир.
А когда периодически я натыкалась на новости о политической жизни города, в которых непременно было фото четы Беловых, ощущение брезгливости к себе становилось в сто крат выше."
"Потому что это было еще одним доказательством настоящего нутра этого человека. Нутра, которого я не разгадала, приняв желаемое за действительное.
ГЛАВА 9
МАША
Подготовка к поступлению давалась мне сложно. Да, начать стоило бы с того, что сразу после школы я никуда не пошла. Просто не смогла бы, потому что именно тогда умерла моя бабушка, и мы с папой остались одни. Мы и его выпивка, что шла рука об руку с друзьями. Конечно, их так можно было бы назвать чисто номинально, собутыльники — вот это скорее то определение, что им подходило лучше всего.
