Есть, значит, жизнь после смерти… — Никакого секса, — разорвала поцелуй и дополнила начатую фразу, затем погладила пальцем влажные губы. Его губы.
— Ну и как? — поинтересовался Паша.
— Вкусно… — я поднялась.
— Уйдешь? — он не хотел этого, но и не держал меня.
— Уйду.
В ванной я переоделась в свое. Посмеялась над белым, но посеревшим кружевом на трусах. Реутов вызвал мне такси.
— Поль, — мы стояли у машины, я практически села, — мне тоже было вкусно и совсем не по-дружески. Так что подумай.
— О чем? — спросила я.
— Ты знаешь, о чем.
Да, я знала. Дружба у нас с сексуальным флером.
День рождения двойняшек мы отмечали в аква-парке.
— Полина, сбрось сообщение за полчасика, как детей забирать.
— Конечно, — улыбнулась, рассматривая ее. Мы хоть с ней и не подруги (далеко не подруги!), но бровки, реснички и губки она делала у нас, хорошо делала, ни один опытный глаз не усомниться в этой «естественной» красоте. — Хорошо выглядишь, — сделала комплимент я.
— Сюрприз мужу готовлю, — загадочно и немного зловеще улыбнулась. Давиду да, можно. Давно пора.
Аква-парк был полностью в нашем распоряжении, поэтому взрослые тоже остались: купались, веселились, кушали. Детей развлекали аниматоры, а спасатели следили, чтобы ни дай бог! Я лежала в шезлонге и переписывалась с Реутовым.
Реутов: Записывай меня на чек-ап, я боюсь паразитов. Даже суши не ем ?
Я: Обязательно ? Проктолога включать? Колоноскопия?
Реутов: Жестокая ты женщина, Полина… Моя задница — девственница и такой останется ?
Я: ?
Я: Как человек — понимаю, как врач — записываю на процедуру. Рак желудка и кишечника поймать на ранней стадии можно только так, Паша. С анестезией ?
Реутов: А ты потом зеленкой помажешь?
Я прикусила губу.









