— Ты это, Поль, — Вера замялась, — к Максиму сходи, мало ли…
Я закатила глаза. Дожила! На венерические заболевания проверяться пойду. Я чек-ап делала каждый год: весь организм и, конечно, ВИЧ, сифилис, гепатиты. Марата тоже водила много лет, и в этом повела бы, но теперь все. Пусть сам. Ну или восторженная то ли дева, то ли шлюха может начать за его здоровьем следить. А у меня запись к Чатскому: хламидии, гонорея, триппер. Если Загитов наградил меня чем-то и, не дай бог, детей… Многие половые инфекции могли передаваться обычным бытовым путем. Я на преступление пойду, но отрежу ему яйца.
— Иду сегодня, — ответила устало.
— Вообще, конечно, удивительно. Твой Марат такой брезгливый: не сядет, если не убедится, что стул чистый, с одной бутылки не выпьет, бокал чужой даже в руки не возьмет. Он же только твою еду ест! Помнишь, пикник устраивали?!
Да, есть такая история. Загитов запросто питался в ресторанах — для него там вроде как роботы готовят, а в гостях, на природе, у друзей — нет. Я для него готовила: если салат или бутерброд — обязательно спросит, я ли нарезала.
— Теперь он, вероятно, и из ее колодца пьет… — как представлю, что делал ей языком. Наверняка ведь куннилингус практиковали. Марат его иногда очень любил…
— Знаешь, меня вот всегда в мужиках удивляло: ну вот нашел бабу, понравилась, закрутил, да еще ребенка заделали! Иди на все четыре стороны, что за юбку жены держаться?! — эмоционально рассуждала Вера.
Я рассмеялась. Я вроде за словом в карман не лезла, но Вера самую большую трагедию могла разбавить улетным юмором. Как хорошо иметь верных друзей. Когда-то думала, что моя стена — это муж. Гора. Монолит. Защитник. Нет, этот атлант расправил плечи и уронил небо мне на голову.
— Как же мужики пекутся о своем комфорте, — покачала головой.
— Спасибо, Вер. А Марат не отстанет, — покачала головой. — Он другое придумал…
Вера настороженно ждала продолжения. Да, я не все ей рассказала. Потому что стыдно.
— Он на две семьи жить хочет. Вероятно, как его отец.









