6
0
Досадливо поморщившись, Мейбл направилась в кабинку для переодевания и через несколько минут вышла в красном купальнике. Он казался ей слишком открытым, но другого не было. Смущаясь, она приблизилась к бортику бассейна. При ее появлении Виктор восхищенно присвистнул.
— Превосходно! Гэри, твоя мама просто красавица!
Порозовев от смущения, Мейбл поспешила спуститься в воду. Она окунулась с головой и немного проплыла, а вынырнув, оказалась лицом к лицу с Виктором и усевшимся на его плечи Гэри. Малыш смеялся, держась за густые темные волосы отца. Играя с сыном, отец вдруг подбросил его в воздух.
— Я не хочу звать тебя Виктором, как мама, — заявил мальчуган, все трое вылезли из воды и уселись на бортике. — Теперь я буду называть тебя только папой. Мне давно хотелось иметь собственного папу!
Услыхав слова сына, Мейбл замерла. В ее душе шевельнулась и заныла старая боль, унять которую можно было, лишь зажав гордость в кулак и забыв прошлые обиды. Ее ребенок должен расти в полноценной семье, где есть и мать, и отец. Она слишком любила Гэри, чтобы лишить его этой простой человеческой радости.
— Теперь папа у тебя есть. — Отец с улыбкой потрепал сына по головке."
"— И ты можешь всем говорить об этом, — добавила Мейбл.
Виктор быстро повернулся к ней и удивленно посмотрел в глаза.
— Хм, чего-то я не понимаю. Сегодня утром ты обращалась со мной словно со злейшим врагом, а сейчас… Что бы это значило?
Корте держался так, будто ночью ничего не случилось. Если бы Мейбл не проснулась и не увидела собственными глазами, как в дверь его спальни проскользнула Лорна, ей трудно было бы поверить, что это происходило на самом деле.
— Ты хороший актер, Виктор. Впрочем, твоя профессия имеет много общего с лицедейством, — горько вздохнула она. — Ночью к тебе приходила Лорна. И это случилось после того, как ты сказал, что между вами ничего нет, и заставил меня поверить, что…
— Постой, должен тебе сказать…
— Нет, не нужно больше лгать! С меня достаточно. Я теперь ничего не желаю слышать. Живи, как знаешь…
— Что ты имеешь в виду? — настороженно заерзал на месте Корте.
— Только то, что не собираюсь отвергать твое предложение, — заявила Мейбл с отчаянной решимостью.
Оба замолчали, глядя друг на друга: один — оторопело, другая — выжидающе.
— Правда выйдешь? — спросил наконец Виктор со странным спокойствием, будто решив, что ослышался. И вдруг его синие глаза игриво забегали. — Действительно станешь моей женой?
Мейбл продолжала смотреть на него, удивленная собственной решимостью на столь ответственный шаг. Однако она чувствовала, что сердце подсказало ей правильный выбор.
