– Хорошо! Группой, что прибыла в Чардан, кто командует?
– Алим Бакаяр.
– Хорошо! Алим опытный воин, следопыт.
– Вы немедленно начнете выдвижение к перевалу Радан или переночуете здесь?
– Немедленно. Завтра утром группа должна начать поиск контейнеров.
– Было бы неплохо, если бы вы сразу нашли их.
Акрани улыбнулся:
– Да! Это было бы замечательно. Но что-то подсказывает мне: на перевале мы не найдем груза. Мальчишка-пастух видел, как они спускались на парашютах. Рассказал об этом отцу, а отец – старшему сыну и наверняка всем своим соседям, если напрямую не пошел к Джуме в надежде получить хоть какое-нибудь вознаграждение.
– Не опасаешься столкновения с людьми Наджиба?
– Если они выходили на перевал, то позавчера; завтра их на Радане быть не должно. Ну а встретимся – что ж, там уж как получится. На все воля Аллаха.
– Береги себя, Шакур!
– Спасибо, Али! Ты давай возвращайся в Кадинкот и будь в готовности принять вертолеты с русским спецназом. Они уже завтра могут быть переброшены в Афганистан.
– Ты сказал вертолеты? Означает ли это, что к нам прибудет многочисленный отряд русских?
– Сколько человек Москва решит выслать в Афганистан, мне неизвестно, но здесь им придется работать и по Тургаю, и по Наджибу, хотя последнее пока еще под вопросом.
– Да, Шакур!
– Тогда езжай! Перекусишь по дороге.
– А тебе не потребуется «УАЗ»?
– А даже если и потребуется? Что, тебя в Кадинкот пешком отправлять? Езжай.
– У нас есть на чем перебросить спецназ!
Сакар прошел к «УАЗу», и вскоре советский армейский внедорожник скрылся в «зеленке», а Акрани приказал Бакаяру построить отряд у машины.
Как только бойцы Бакаяра выстроились в шеренгу, Акрани обратился к ним:"
"– Воины! Нам предстоит отправиться к перевалу Радан с задачей обнаружения контейнеров, сброшенных с разбившегося в Карбанском ущелье российского самолета «Ил-76».
Строй хранил молчание.









