Как же мне надоели все эти Абри, Галистаны, Буриши, Гераты! Домой хочу…
– Старость!
– А ты, можно подумать, молодежь. Пора бы и на покой, а мы все, как пацаны-лейтенанты, по горам архарами прыгаем!
Тимохин приобнял Крымова:
– Идем, Вадим, день нам предстоит хлопотный, а уж про вечер и не говорю.
Офицеры вернулись в лагерь временного размещения боевой группировки.
* * *Понедельник, 23 июня
До 11.00 Крымов и Тимохин принимали доклады командира сводного подразделения подполковника Соловьева о ходе марша к Абри. Пока марш проходил в штатном режиме, никаких проблем у спецназа не возникало, блуждающих банд талибов замечено не было.
– Что-то изменилось, Саня?"
"– Да нет, просто хотел пожелать вам благополучного полета.
– Сейчас-то вылет, можно сказать, штатный. Пройдем ущельями до заданного квадрата, высадим ребят Федорова и вернемся, а вот вечером работа предстоит посерьезней! Но где наша не пропадала, да, полковник?
– Точно! Летчиков с «Ил-76» отсюда по-любому вытаскивать надо, а то духи отыграются на них за Тургая. По полной программе отыграются. Сейчас уже о выкупе и речи быть не может.
– Да, не позавидуешь мужикам. Впрочем, они, наверное, и не знают, какая вокруг них карусель раскрутилась.
– Может, и не знают, отчего им не легче.
– А куда, Саня? В Галистан? Где его свои же и прищемили бы? Нет, никуда он не пойдет, будет сидеть в Абри. Молиться, чтобы пронесло.
– Не пронесет!
– А вот это уже его проблемы. Ты не майся, хотя, конечно, нет ничего хуже, чем ждать. Догонять гораздо проще. Придет и твое время. Вылет в 20.30?
– Да!
– Ну что ж, вон и «Алтай» идет. Ты ступай, еще раз прикинь, как одним махом отработать гребаный объект, а я приму ребят на борт – и вперед! Через час-полтора вернусь.
– Давай!
Тимохин направился к участку развалин, где разместилась подчиненная ему группа «Орион». Настало время довести персональную задачу каждому бойцу подразделения и приказать майору Гарину, заместителю готовить подразделение к выходу.
«Алтай» вылетел в район высадки строго по графику, в 14.00. «Ми-8» вернулся в Чардан в 15.10. Подняв облако пыли, Родионов посадил вертолет на площадку у лесного массива.









