0
0
Природа – это хорошо, но я бы не смогла жить так близко к кишащей хищниками неизвестности.
Впрочем, насчёт хищников всё тоже оказалось немного не так."
"Проводник утверждал, что эта часть «жаркого леса» – так местные называли свои джунгли – самая безопасная. Тут нет и никогда не было кровожадных животных, одно только безобидное зверьё.
Затем он принялся перечислять названия этих самых животных – они были незнакомыми, и я ничего не запомнила.
Впрочем, названия ладно! Куда интереснее была реакция нашей группы! При упоминании гидом «безобидности» и вообще «безопасности», на меня выразительно покосились все.
Даже Георг, шагавший впереди, обернулся, чтобы смерить строгим, предупреждающим взглядом.
Не выдержав, я возмутилась:
– Вы на что намекаете?
– Сама догадайся, – фыркнул Псих.
Догадываться не пришлось, всё и так было ясно.
– Если я, на ваш взгляд, притягиваю неприятности, то может оставим меня в деревне?
Ответом стало слаженное и дружное:
– Нет!
Пауза, и мы пошли дальше. Туда, навстречу непривычной изумрудно-зелёной природе, огромным папоротникам и исполинским стволам. Ещё там были лианы, мхи, трава, камни – да много всего разного.
Где-то в ветвях пели птицы, изредка в воздухе проносились бабочки. В общем, невероятная красота.
– Змей у нас тоже не водится, – вещал тем временем проводник.
– Что? Совсем? – удивился МикВой.
– Только безобидные стружики, – заявил местный, сверкнув белозубой улыбкой.
Кстати о проводнике – он, как и все обитатели той деревни, напоминал этакого познавшего цивилизацию туземца. Ни тебе боевых раскрасов или связанных из шуршащих листьев юбок. Местные почти не отличались от обычных, неоднократно виденных мною простолюдинов. Только загаром и чуть более «сплюснутыми» чертами лица.
– О! – воскликнул вдруг туземец. – А вот и стружик!
Он бесшумно скользнул к кустам, наклонился и тут же продемонстрировал нам… да, змею! Коричневую, извивающуюся и чрезвычайно толстую.
– Если вдруг потеряетесь в нашем лесу, то можете питаться стружиками, они очень полезные.
Меня передёрнуло – да ё же ты моё!
Джунгли были абсолютно безопасными, но кое-кто не иначе накаркал. Одну неприятную штуку я всё-таки нашла.
Случайно! На первом и единственном привале! Когда ходила в кусты по естественным надобностям, наткнулась на цветущую пурпурную гипсофилу.
Вернее гипсофилой её назвала я – уж слишком это растение было похоже на нашу земную, применяемую в декоре букетов травку. Только цвет необычный, у нас такие вроде не растут.
Я вернулась с небольшим пучком этого растения, а наш проводник резко всполошился:
– Брось! – меняясь в лице, воскликнул он. – Брось!
Я подчинилась, а потом нам объяснили, что пыльца этого цветка вызывает сильнейшее отравление.
