6
0— А я что говорил?!
— Ну вообще, судя по челюсти — аллигатор… — возразил Пилигрим, за что получил от бурята локтём в живот.
— Я первооткрыватель! Вот я и называю! Сказал, крокодил — значит, крокодил! — обиженно добавил Намжал. — Идёмте назад, что ли…
Дневник Листова И.А.
День тридцать шестой. Ужас должен быть убит.
— …Он опёрся о столб передними лапами и поднял голову… — Трибэ дошёл до той части, которая ему давалась с большим трудом, и только сочувствующие взгляды слушателей заставляли его давить из себя слова. — Вот так… Я руку мог протянуть и коснуться. Весь столб ходуном ходил… А он всё стоял, стоял… Дёргался, давил на столб, елозил по земле. Часа два… А может, три…
— Дотянуться не смог? — уточнил Дунай.
— Нет… Он не мог голову опустить из-за выгнутой спины, — глубоко вздохнув, пояснил Трибэ. — Но когда я представлял себе, что кладка вдруг не выдержит…
Я ожидал возмущения от Намжала, но тот промолчал. Видимо, очень живо представил, что сам бы почувствовал в такой ситуации.
— И так два часа… А потом он лёг и смотрел на меня, — Трибэ сглотнул и сцепил руки в замок. — Так всю ночь и пролежал… Пялился на меня и пастью пощёлкивал… А я боялся дышать. Сидел и потел.
— Всё? — спросил я.
— Больше ничего не помню! — признался наш друг.
— Ну, куда камень делся, мы теперь знаем, — кивнул я. — Осталось понять, что с этим знанием делать.
— А чего тут думать? — удивился Намжал. — Будем пораньше камень отправлять! Как прежде, чтобы успевал днём омут пройти.
— А если он уже привык? Если теперь и днём будет перехватывать? — предположил я.
— Спит он днём! — отмахнулся глава поселения. — Крепко спит, кубиган проклятый!
— Если пожрать не получилось, такие твари не спят долго и крепко! — не согласился Дунай. — А он, видишь, какой тупой: и Алтари пытается есть, и камни. И ничему эта ошибка природы не учится! Да и потом… Он же к вам ходит, как к себе домой. А если ворота найдёт и проломит? А если стену разрушит или подкопает?
— Ты что предлагаешь-то? — подняв брови, спросил я.
— Как что? — удивился Дунай. — Надо его валить!
— В своём уме-то? — удивился Пилигрим. — Там метров пятнадцать длины! Ну ладно, скинь метров пять хвоста… Десятиметровая тварь! С зубастой башкой в метр тридцать! Как ты его вообще валить собираешься?
— Ну давай по порядку! — решительно заявил Дунай. — Трибэ говорил, что он долго пасть открывает и быстро закрывает, так?
— Так и было, — хмуро подтвердил Трибэ.
— Это знаете, что значит? — спросил Дунай. — Это значит, что если ему пасть верёвкой обвязать, он свою хавалку даже открыть не сможет!
— У него лапы есть! — покачав головой, напомнил Намжал. — И хвост!
— Верно! Есть! — согласился Дунай. — Но бегать он на них не может. Ты сам говорил, что он медленный. Так?..
