Цирк проклятых

За последние два года они раскрыли больше преступлений со сверхъестественной подоплекой, чем любая другая группа полицейских по стране. Их даже дважды одалживали соседним штатам.

– Ладно, Анита, давай.

В стиле Дольфа. Без предисловий.

– Привет, Дольф, я тоже рада тебя видеть.

Он только глянул в мою сторону.

– О’кей, о’кей. – Я присела возле трупа, чтобы иметь возможность показывать. Наглядное пособие – самое лучшее подспорье при изложении. – Простые измерения показывают, что на этом человеке кормились не менее трех вампиров.

– Но? – спросил Дольф.

Быстро он схватывает.

– Но я думаю, что все раны нанесены разными вампирами.

– Вампиры не охотятся стаями.

– Обычно они одинокие охотники, но не всегда.

– Что заставляет их охотиться стаями? – задал он вопрос.

– Мне встречались только две причины: первая – когда один из них новоумерший, и вампир постарше учит его азам, но это дало бы нам всего две пары клыков, а не пять. Вторая – когда их контролирует Мастер вампиров, а он дичает.

– Подробнее."

"– У Мастера вампиров власть над своим стадом почти абсолютная. Некоторые Мастера используют групповые убийства для сплочения стаи, но они не стали бы тащить тело сюда.

Они бы его спрятали, где полиция никогда его не найдет.

– Но вот оно, тело, – сказал Зебровски, – прямо на виду.

– Именно. И так бросить тело мог бы только обезумевший Мастер. Почти ни один Мастер, даже до того, как вампиров легализовали, не стал бы афишировать такое убийство. Это привлекает внимание, и обычно у этого внимания в одной руке осиновый кол, а в другой – крест. И даже теперь, если мы выследим вампиров, которые это сделали, сможем получить ордер на их ликвидацию. – Я покачала головой.

– Такое зверское убийство для бизнеса плохо, а про вампиров можно много разного сказать, но в непрактичности их не обвинишь. Нельзя оставаться в живых и прятаться столетиями, если не будешь благоразумен и безжалостен.

– А безжалостным почему? – спросил Дольф.

Я уставилась на него:

– Из самых практичных соображений. Кто бы тебя ни обнаружил, ты его убиваешь или делаешь одним из своих... детей. Чисто деловые соображения, Дольф, ничего другого.

– Как мафия, – сказал Зебровски.

– Ага.

– А что, если они впали в панику? – спросил Зебровски.

– Дело-то было перед самым рассветом.

– Когда женщина нашла тело?

Дольф заглянул в блокнот:

– Пять тридцать.

– Еще несколько часов до рассвета. Не с чего было паниковать.

– Если мы имеем дело с обезумевшим Мастером вампиров, что точно это значит?

– Это значит еще несколько убийств в ближайшее время. На прокорм пяти вампиров кровь может быть нужна каждую ночь.

– Каждую ночь свежий труп? – недоверчиво спросил Зебровски.

Я просто кивнула.

– О Боже, – сказал он.

– Именно, – согласилась я.