– Я это оценила, но мне и так хорошо.
– Как вам угодно, мисс Блейк. – Она повернулась к этим двоим: – Мисс Блейк поручается вашей особой заботе. – И снова ко мне: – У женщины всегда должно быть больше одного мужчины.
Я подавила желание пожать плечами.
– Верю вам на слово.
Она просияла улыбкой и пошла по коридору, опираясь на руку своего спутника. Двое остальных вроде как пристроились за мной. Ламия через плечо сказала:
– Рональд у меня особый любимчик. Им я не делюсь, так что извините меня.
Я не могла сдержать улыбку:
– Ничего страшного, я не жадная.
Она рассмеялась высоким приятным смехом, чуть подхихикивая.
– Не жадная? О, это прекрасно, мисс Блейк, – или мне можно называть вас Анита?
– Вполне.
– Тогда ты должна называть меня Мелани.
– Ради Бога, – согласилась я.
Я шла за ней по коридору, Блондинчик и Весельчак шли наготове по сторонам – вдруг я, не дай Бог, споткнусь и подверну ногу. Нет, так наверняка кто-то из нас упадет на лестнице.
Я повернулась к Блондинчику:
– Кажется, я согласна принять вашу руку. – И улыбнулась Весельчаку: – Вы нам не освободите немножко места?
Он сморщился, но сделал шаг назад.
Ламия и Рональд ждали у большого “линкольна-континенталь”. Рональд придержал дверь для ламии, потом сел на место водителя.
Весельчак рванулся открывать мне дверцу. И откуда я знала, что он так и сделает? Обычно я такого не люблю, но все это вообще было очень странным. Если бы сегодня худшее, что случилось со мной, – это что чрезмерно усердный мужчина будет открывать мне дверь машины, лучшего я бы и не желала.
Блондинчик сел со мной рядом, сдвинув меня в середину сиденья. Второй обежал вокруг и садился с другой стороны. Я оказалась между ними, как в сандвиче. Не так уж неожиданно.
Ламия по имени Мелани обернулась и сказала:
– Не стесняйся попользоваться ими по дороге. Они оба очень хороши.
Я уставилась в ее приветливые глаза. Кажется, она говорила серьезно.
Весельчак бросил руку на спинку сиденья, перебирая мои волосы. Блондинчик попытался взять меня за руку, но я ее убрала.
– Я не люблю секса на публике, – сказала я и переложила руку Блондинчика со своего колена к нему на колени.
Рука Весельчака обвилась вокруг моих плеч. Я подалась на сиденье подальше от них обоих.
– Отзови их, – сказала я.
– Мальчики, ее это не интересует.
Мужчины отползли в стороны как можно ближе каждый к своей дверце машины. Их ноги все равно слегка касались моих, но хотя бы других прикосновений не было.
– Спасибо, – сказала я.









