5
0
— Ты мне лучше скажи, Сонь, чего ты хочешь? Снова замуж?
Мне не нравится вопрос бывшего мужа, так как он будто лезет мне в душу пальцами, а отвечать мне хочется еще меньше.
— Нет, — всё же говорю я, видя, что он не собирается от меня отставать.
Он молчит, прожигая меня взглядом, и я быстро меняю тему, чтобы не продолжать ее.
— Ты мне лучше объясни, что это такое?
Я обвожу рукой кухню, с которой до сих пор не выветрился запах готовки, и выразительно смотрю на Гордея.
— Мы с Димой решили сделать тебе сюрприз, Сонь. Я даже подарок тебе подготовил.
— Подарок? В честь чего?
Гордей привстает, достает из кармана брюк маленький красный футляр, и я застываю, когда он кладет его на стол.
— И что это? — спрашиваю я хриплым тоном, а меня будто обдает кипятком.
— Подарок. В честь твоего дня рождения.
— Дня рождения?
Он открывает футляр, и я смотрю на золотые сережки с бриллиантом. Не фианит, Гордей никогда не любил заменители.
— Ты серьезно забыла? Сегодня двадцатое, твой день.
— Я и забыла.
В этот момент звук мультиков усиливается, и вскоре в кухню вбегает Дима.
— А торт скоро будем кушать?
— Скоро, Дим. Ты неси мамин подарок, который ты подготовил.
Я не стала отказываться и сняла с себя свои гвоздики с бирюзой — единственное дорогое, что я могла позволить себе после развода. И хоть сейчас благодаря развивающемуся бизнесу деньги у меня есть, покупка украшений — последнее, что приходит мне в голову.
Когда прохладные пальцы Гордея касаются моего уха, я слегка вздрагиваю, отвыкнув от чужих прикосновений, особенно от мужских.
— Тебе идет, — произносит он хриплым тоном и будто нехотя отходит, убирая с моих плеч ладони.
Я слегка дергаюсь в его сторону, ловлю себя на мысли, что не хочу, чтобы он отстранялся, но при этом молчу.
— Спасибо, — искренне благодарю я и касаюсь сережек. Беру в руки телефон и смотрю на себя, крутя головой вправо-влево.
— Ты такая красивая, мам, — восторженно ахает прибежавший сын, держа в руках листок бумаги. — Это тебе. Я в саду нарисовал. Мне Алина помогла.
Он протягивает мне рисунок, сделанный своими руками, и я беру его с благоговением.
— Алина — это их новая воспитательница, — говорю я вставшему рядом с сыном Гордею.
— Я в курсе, Сонь. Несколько раз в неделю всё-таки сына с сада забираю.
— Папа даже шкафчик починил, — заявляет Дима, а после вдруг спрашивает: — Мама, тебе нравится мой рисунок?
— Очень нравится, ты у меня такой талантливый, сынок.
Я ничего не говорю по поводу того, что на нем изображено, чтобы не расстраивать ребенка, но едва сдерживаю слезы.
— Это я посередине, а по бокам от меня — вы с папой.
— Иди ко мне, сынок.
